Лидер новосибирских нудистов: мы не индейцы, чтобы загонять нас в резервации

«Большинство людей обнажаются только для мытья и секса. Нудисты своим личным примером этот стереотип разрушают», — считает один из создателей новосибирского клуба натуристов Виктор Жук. Он расскажет о том, кого они называют «текстильщиками», что запрещено на нудистском пляже и что там делают дети, а также ответит на вопросы читателей.

Натуризм зародился в Германии в начале XX века под названием «культура свободного тела». В России идеологом нудистского отдыха являлся поэт Максимилиан Волошин, он основал в Крыму первые нудистские пляжи. В первые годы советской власти натуризм также был довольно распространен: даже проводились обнаженные шествия по улицам городов, в том числе Москвы. Ленин считал, что в движении нудистов есть «здоровое пролетарское начало». В 1953 году основана Международная федерация натуризма (INF), работающая под эгидой ЮНЕСКО. Фото Владимира Сараева, sibnet.ru

Ива Аврорина: Добрый день, уважаемые зрители, слушатели и читатели НГС. Мы начинаем прямой эфир с активистом новосибирского движения нудистов Виктором Жуком.

злючка: Вы не индейцы, так почему ходите голые? Даже индейцы ходили, прикрываясь. Не надо навязывать людям своего видения мира, вы живете в обществе, чьи правила и законы созданы на основании согласия большинства. И если это большинство не согласно видеть на улицах и пляжах голых людей - соглашайтесь, либо уходите в резервации. соблюдайте приличия, а появляться на улицах и на общественных пляжах голыми - это неприлично!

Ива Аврорина: Кто такие нудисты, кто такие натуристы и где они раздеваются?

Ответ:Натуризм — это образ жизни в гармонии с природой, характеризующийся практикой социальной наготы с целью создания условий для уважения человеком самого себя, других людей и окружающей среды. Это международное определение натуризма, переведенное на русский язык. Нудизм — это упрощенная форма натуризма. Это форма обнаженного досуга в обществе себе подобных. Либо в одиночестве, кому как нравится.

Ива Аврорина: Я прочитала определение у вас на сайте: «Натуризм — это обнаженный образ жизни: быть одетым, когда нужно, быть голым, когда можно». Когда можно?

Ответ: Это когда ты своим голым видом не мешаешь окружающим, которые его видеть не хотят.

Мария: я как-то не против нудистов и поддерживаю желание жить именно так, но вам не кажется, что те же самые пляжи хотя бы формально должны быть отделены для нудистов и для других граждан? Ну, я бы, например, не хотела, чтобы на общем пляже перед моим ребенком дяденьки писюнами трясли. А если я буду знать, что рядом пляж нудистов, я просто выберу другое место. Или, например, сама присоединюсь однажды, вдруг захочется.

Ива Аврорина: Мы переходим к тем местам, где можно. Где можно, по вашему мнению?

Ответ:Можно на природе, исключая места традиционного отдыха «текстильщиков» (тех, кто отдыхает в текстиле, в одежде).

Ива Аврорина: Какое-то пренебрежительное название.

Ответ: Не пренебрежительное. Может, кому-то может показаться таковым, но это уже общепринятое на протяжении 20 лет название, и ничего грубого в никаких частях слова не содержит.

Ива Аврорина: То есть вы определяете, где одетые люди традиционно проводят свой досуг, и там не раздеваетесь. А где?

Ответ: Наши новосибирские натурпляжи, сейчас их 2, сформировались на тех местах, где раньше никого не было. На берегу Обского моря в 80-е годы там плескалась водичка, потом береговую линию отодвинули от железной дороги, намыли песок. Этот песок в некоторых местах стал зарастать облепихой. На него первыми пришли нудисты.

Ива Аврорина: То есть по праву первого?

Ответ: Да. Эти территории никому не принадлежат, кроме государства. Мы по праву первого заняли их и никому там не мешаем. Те, кто не хочет нас видеть голыми, нас в своих традиционных местах и не видят. Но если кто-то там проходит мимо, мы им не запрещаем мимо проходить. Пожалуйста, проходите, но имейте ввиду, что это наше традиционное место отдыха и не возмущайтесь. У вас свои есть, у вас их много, а у нас всего два.

Ива Аврорина: Эти места каким-то образом отделены от других частей пляжа?

Ответ: Огорожен с южной стороны пляж «Обское море», т.е. не мы огорожены, а огорожен официальный «текстильный» пляж. За ним начинается наша территория. Она огорожена с одной стороны забором, с другой стороны — пригорком, с третьей стороны — зарослями облепихи. Есть естественные ограждения. Второй пляж, Зыряновский, — открытый, через него можно проходить вдоль берега, он не огорожен ничем. Нужно или нет огороживать нас — это как посмотреть. Потому что если поставить забор вокруг территории нудистов, это будет провоцировать желание заглянуть за забор. Нужно ли провоцировать в людях такое желание, мы не уверены.

Ива Аврорина: Вы полагаете, что любой забор провоцирует желание за него заглянуть?

Ответ: Особенно если это забор, за которым пляж нудистов.

Ива Аврорина: А открытое пространство таких желаний не вызывает?

Ответ: Наверняка вызывает, потому что вокруг практически всех нудистских пляжей вьются всякие неадекваты, извращенцы, которые любят подглядывать.

Ива Аврорина: И как вы с этим боретесь?

Ответ: Если увидим, прогоняем. Поскольку наш первый пляж в основном окружен кустами, зарослями облепихи, то видим их мы в основном редко.

Ива Аврорина: Это участок берега, который принадлежит государству. Вы там традиционно собираетесь, а кто-то из тех, кого вы выгнали, например, вызывает полицию и говорит, что я имею такое же право здесь находиться, а меня выгоняют.

Ответ: Вообще, строго говоря, голые и одетые имеют равные права. Если одетый имеет право загорать на нашем пляже, значит, мы имеем такое же право загорать на «текстильном» пляже.

Ива Аврорина: У нас разве законодательно не запрещено появляться в голом виде в общественных местах?

Ответ: Не во всех общественных местах. Законодательство не предусматривает наказание за нахождение в голом виде. Здесь мелкое хулиганство…

Ива Аврорина: У вас сколько обычно людей собирается на пляже?

Ответ: У нас много народа собирается. Может до 200 человек собраться.

Ива Аврорина: Представьте, что 200 человек разденется и будет загорать возле оперного театра. С точки зрения закона разницы же нет. Как вы думаете, что с ними будет?

Ответ: Во-первых, загорать в таком месте просто неудобно. Гипотетически можно предположить что угодно. Давайте не отрываться от реальности. Это именно такое место, где, как мы считаем, нельзя быть голым. С другой стороны — например в Мюнхене есть Английский сад, где загорают натуристы посреди города.

Ива Аврорина: Кто определяет, где можно, где нельзя?

Ответ: Обычно мы не идем на контакт с властями, мы держим нейтралитет. Мы не заинтересованы провоцировать какие-то скандалы и т.д. Поэтому мы не совершаем голые интервенции в те места, где нас не ждут. Не претендуем на такие места. Другое дело, что хорошо было бы, конечно, чтобы наши 2 пляжа получили официальный статус нудистских пляжей. Пусть даже неофициальных, как пляж «Обское море», но чтобы нас с этих территорий никто не мог согнать, не имел права.

Ива Аврорина: Так если вы на контакт с властями не идете, то каким образом это случится?

Ответ: Радует то, что до сих пор на эти территории никто не претендовал и вряд ли будет. С другой стороны, мы не очень доверяем властям, с которыми связано столько коррупционных скандалов и все прочее. Мы боимся того, что на нас тоже будут оказывать подобное воздействие, просить дать на лапу. А у нас своих денег нет. Наше натуристское сообщество — неформальная неполитическая некоммерческая организация. Она зарегистрирована не в Новосибирске, а в Санкт-Петербурге как межрегиональная общественная организация натуристов. Мы региональное отделение, мы своего рода клуб по интересам. Пока не было потребностей для каких-то формальных процедур.

Ива Аврорина: Даже для того, чтобы как-то формализовать и закрепить эту территорию?

моря калуги: 1. Не секрет, что значительная часть общества настроена против полного оголения тела в общественых местах. Каким вам самому видится компромиссное решение нудистского пляжа? Должно ли там, например, быть какое-либо ограждение, ограничение доступа для несовершннолетних или предупреждение - что-то, что успокоит страхи и тревоги "защитников морали и нравственности"? 2. Нуждаются ли нудистские пляжи в охране и службе спасения на воде? Как быть, если нагрянут хулиганы или кто-то начнет тонуть?

Ответ:По поводу того, что значительная часть общества настроена против оголения в общественных местах — общественные места бывают разные. У нас есть свои места, в которых находится наше общество.

Ива Аврорина: Но формально они являются общественными местами.

Ответ: Да, но другое дело, что там общество голых находится. А в обществе голых прилично быть голым. А в обществе одетых прилично быть одетым.

Ива Аврорина: А если приходят человек в купальнике и начинает загорать, просто приходит и никого не трогает?

Ответ: Пока не трогает, пока он один, на это можно не обращать внимание.

Ива Аврорина: Если несколько человек в одежде приходят и начинают загорать?

Ответ: В таком случае это вызывает возмущение остальных, тех, кто загорает. Мы тогда будем вынуждены объяснять, что на этой территории загорают без одежды. Здесь традиционно уже много лет люди загорают без одежды, потому что им так нравится.

Ива Аврорина: Формально закреплять это вы не планируете?

Ответ: Да. Мы пытались ставить таблички на пляже с обозначением, что это нудистский пляж. Эти таблички стоят недолго — находятся варвары, которые это все уничтожают. То есть приходится кому-то ставить эти таблички регулярно. Нам, допустим, это может однажды надоесть.

Ива Аврорина: Ограничение доступа несовершеннолетних.

Ответ: Несовершеннолетние бывают двух категорий — дети нудистов и дети все остальные. Дети нудистов имеют право отдыхать со своими родителями на нудистском пляже. Это уже дело их родителей. Родители своих детей имеют полное право приводить. За детьми ненудистов должны следить их родители. Если родители не хотят, чтобы их дети туда ходили, значит, надо соответствующе их воспитывать. На этот случай, конечно, можно что-то там огородить, поставить таблички, предупреждающие. Но огородить полностью нудистский пляж… Насколько я знаю, огораживать проход вдоль береговой линии вообще противозаконно. Подростки все равно найдут пути прийти к нам на пляж.

Ива Аврорина: Подростки могут просто пройти мимо. В Академгородке есть места, где на протяжении многих лет постоянно стоят эксгибиционисты, в частности, это места, через которые студенты ходят в университет, школьники ходят в школу. Идет ребенок, ему показывают все, что хотят ему показать, — родители виноваты или человек, который стоит в месте, где теоретически может пройти ребенок?

Ответ: Частично и родители виноваты. Потому что родители, зная о том, где эти эксгибиционисты традиционно возникают…

Ива Аврорина: Около школ. Детей не пускать в школу? Или детей не пускать по пляжу ходить?

Ответ: С эксгибиционистами, я считаю, нужно бороться, потому что они причиняют вред моральный людям, в частности детям.

Ива Аврорина: В чем тогда отличие от людей, которые раздеваются на пляже без предупреждающих табличек, без ограждения?

Ответ: Они идут вдоль пляжа по тропинке, увидели голых людей, не понравилось им. У них всегда есть возможность развернуться или обойти стороной наше место.

Ива Аврорина: То есть кому не нравиться, пусть отворачивается и идет стороной? Огораживать, ставить таблички…

Ответ: Это можно, но не нужно. Для нас не нужно. Это нужно, скорее всего, для наших противников и тех, кто нас видеть не хочет.