Параллельные миры. Франсуа Вийон и Владимир Высоцкий
Пятьсот лет разделяют эпохи, в которых жили и творили великие Гении поэзии, французской – Франсуа Вийон (ФВ) и русской – Владимир Высоцкий (ВВ). Поэты выделялись крутым нравом, проницательным взглядом на окружающий мир и редкостной силой поэтического выражения. Для Вийона это Франция 1460 года, только что вышедшая из ужасов Столетней войны и залечивающая раны от неё. Для Высоцкого это послевоенная советская Россия, стряхнувшая с себя путы диктатуры и вступившая на поиск новых путей.
Мир, окружающий Вийона, был очень жестоким, в нём обычным была смерть от холода и голода, а тёплое место обходилось очень дорого. Ф. Вийон, подобно В. Высоцкому, протестовал не против существующего порядка, а против того, что в этом мире ему не находилось места. Во всех своих злоключениях он обвинял судьбу и планету Сатурн.
Творчество Франсуа Вийона венчает средневековую поэзию в преддверии Возрождения. Творил он в рамках общепринятого культурного кода своего времени, черпая мифологию, философию, факты истории и постулаты богословия из «Романа о Розе», своеобразного свода знаний Средневековья, обрамлённых аллегориями и символами. Наполнив свои поэтические творения иронией, острым словом и пародией ФВ совершил революцию в поэзии, введя в неё народный язык. Вийон первым из европейских поэтов обратился к блатному жаргону, написав на нём 11 баллад о жизни преступного мира. Знакомство ВФ с носителями арго и их образом жизни состоялось вживую, как бы изнутри, во время его добровольного участия в делах группы бродяг и грабителей, промышлявших на дорогах Франции. Владимир Высоцкий, создав панорамную картину своего времени, обогатил своими творениями русскую культуру и стал предтечей самой витальной и агрессивной волны русского шансона. ВВ также отдал богатую дань языку отверженных, особенно в раннем творчестве, создав серию песен в духе дворового фольклора. Его встречи с русским блатным миром происходили как бы по касательной, со стороны, благодаря песням, слышанным им во дворах района Центрального рынка и в Школе-студии. Очень много дали ему длительные посиделки на новой квартире с лета 1954 года с двоюродным братом Николаем после его освобождения и общение с «Ястребом», профессиональным вором, вернувшимся из очередной отсидки весной 1964 года, т.е. с людьми, прошедшими школу выживания ГУЛАГа.
Ф. Вийон взорвал куртуазную и пасторальную лирику своего времени буйством ритмов сродни переменчивой искромётности парижских улиц. С одной стороны он следовал канонам тем и форм средневековой поэзии, а с другой – находился в бесконечной ироничной игре со всем твёрдоустоявшимся и общепринятым, тем самым заставляя задуматься о соответствии описываемого в балладах реалиям жизни. У В. Высоцкого неприятие условностей окружающей жизни проявилось как в необычной тематике поэзии, так и в экспрессии, присущей его исполнительской манере.
Оба поэта вошли в культуру бесценными жемчужинами афоризмов и крылатых выражений. Навскидку, у Франсуа Вийона:
От жажды умираю над ручьём…
Смеюсь сквозь слёзы и тружусь играя…
Пустое брюхо к песням глухо…
Ничто не вечно под луной…
Я знаю всё, но только не себя…
Я всеми принят, изгнан отовсюду…
Я знаю всё, я ничего не знаю…
Множество крылатых выражений вошло в русский язык с лёгкой руки Владимира Высоцкого. Приводим лишь небольшую часть:
У тебя глаза – как нож…
Ну о чём с тобою говорить…
Обидно мне, досадно мне, ну ладно…
Жираф большой – ему видней…
Считай по-нашему, мы выпили немного…
Нет, ребяты-демократы,- только чай…
Придёшь домой – там ты сидишь…
Тернистым был путь обоих поэтов к своим читателям. Впервые Ф. Вийон был напечатан в 1489 году в типографии П. Леве через 26 лет после изгнания из Парижа. Затем он был забыт до Х I Х века. Только в 1832 году были вновь изданы стихи ФВ. Эпоха романтизма создала моду на поэта, начало которой было положено восторженной статьёй Т. Готье в 1834 году. Романтическая легенда увидела в Вийоне «трагического поэта с мятущейся, противоречивой душой». Поэзия В. Высоцкого до 1990 года, когда были выпущены «Сочинения в двух томах» с последующим ежегодным тиражированием (16 изданий), была практически недоступна широкой публике. Появившиеся в 1981 году сборники «Нерв», затем т.н. «американский двухтомник» и другие издания 80-х имели небольшой тираж и ограниченное распространение.
Обращаясь к биографиям поэтов можно отметить некоторое сходство. Детство у обоих – лишено тепла родной семьи. Время учёбы – довольно свободно используемое не только на занятия. Период становления поэтов – это погружение в уличные (у ФВ) и богемные (у ВВ) компании. Учитывая то, что биография и лирика В. Высоцкого, как говорится, на слуху и на виду у любителей его творчества, то кратко остановимся на жизнеописании и творениях Ф. Вийона, отмечая некоторые любопытные совпадения с поэзией ВВ.
Основным даты биография Франсуа Вийона могут быть прослежены по судебным архивам того времени и дополнены по его баддадам, потому что каждый поворот в судьбе он отмечал стихами.
1431 год – год сожжения девятнадцатилетней Жанны Д , Арк, возглавившей борьбу французов против англичан. В первой половине апреля этого года в Париже появляется на свет Франсуа Монкорбье. Мать его рано овдовела и отдала семилетнего сына на воспитание канонику церкви Святого Бенедикта Гийону де Вийону, давшему воспитаннику свою фамилию.
1444(?) год . Франсуа, получив основы знаний от каноника, поступает на факультет словесных наук одной из школ на улице Фуарр, славящейся на весь Париж весёлой и разгульной жизнью. На тему школярского быта сочиняется первая баллада «Добрый совет беспутным ребятам».
В урочный час и в неурочный А вот строки ВВ из песни «Город уши
Ломись в корчму, бесчинствуй, пей, заткнул и уснуть захотел…»:
Пугай округу бранью сочной, А потом – до утра можно пить и гулять,
В картежных схватках не робей Чтоб звенели и пели гитары,
И, коль не хватит козырей, И спокойно уснуть, чтобы не увидать
Не медли передёрнуть кстати. Во сне кошмары, мусоров и нары.
А выигрыша не жалей
Всё в кабаках на девок тратя.
Пер. Ю. Корнеева (1996). С. 468
Март 1449 года . 18-летний Франсуа получает степень бакалавра и через три года сдаёт экзамен на степень лиценцианта — ему присваивается звание магистра словесных наук. Освоение основ словесной премудрости он перемежал с времяпровождением в разбитных компаниях. Вспоминая годы учёбы Ф. Вийон сокрушается:
Будь я прилежным школяром, Сходные мысли по поводу учёбы
Будь юность не такой шальною, проскальзывают и в юношеских стихах
Имел бы я перину, дом Высоцкого:
И спал с законною женою… В институте Василий не учится,
О Господи, зачем весною Ему много чертить и писать.
От книг бежал я в кабаки? Эх, как выгонят Васю на улицу,
Пишу я лёгкою рукою, Будет вынужден он воровать.
А сердце рвется на куски.
1455 год, 5 июня. Подошло время первого серьёзного испытания Ф. Вийона. В праздник Тела Господня священник Ф. Сермуаз прямо на улице затевает драку с Ф. Вийоном из-за девушки и рассекает ему кинжалом губу. Франсуа отвечает ударом ножа в пах противника и, убегая, бросает в обидчика камень. От ран священник умирает, перед смертью успев простить Франсуа, признав себя зачинщиком. Вийон покидает Париж и скрывается в пригороде. Он прекрасно знает, что королевское правосудие признаёт виселицу для виновных, а для фальшивомонетчиков – котёл с кипящей водой. Тюремное заключение практиковала только инквизиция для исправления грешника, если он не заслуживал костёр за ересь.
Через семь месяцев Ф. Вийон стараниями друзей, подавших прошение и засвидетельствовавших его невиновность, получает помилование и возвращается в столицу. За время вынужденного бегства Франсуа, вырванный из привычной среды, попадает в среду плутов, мошенников и воров, находящихся не в ладах с законом, и проходит их школу. По прибытии в Париж он погружается в беспутную жизнь, изредка подрабатывая писцом у юриста. Для своих товарищей и сотрапезников он сочиняет стихи, получившие название «Малое завещание», где предстаёт весельчаком с юношеским задором и бьющей через край жизнерадостностью. Вийон пародирует и форму юридических документов Средневековья, и жанр куртуазной лирики, маскируя под ним реальные любовные и другие события своей жизни. Но самое главное, с 11-й по 34-ю строфу (из 40) он высмеивает своих обидчиков, недругов и недоброжелателей, обыгрывая двойной и тройной смысл завещанного. Заканчивает автор своё завещание в роли неимущего бедняка, изливая в лирическом монологе путаницу в мыслях с последующими потешными последствиями:
А чувства, как на грех, проснулись; С умятица мыслей ВВ, окрашенная в тон
Затем – фантазия; за ней русской ментальности, выглядит по-другому:
Все органы вдруг встрепенулись! В сон мне – жёлтые огни,
Лишь тот, который всех важней, И хриплю во сне я:
Не стал ни толще, ни длинней,- «Повремени, повремени —
Вот доказательство прямое Утро мудренее!»
Смятения души моей Но и утром всё не так,
И связи чувств между собой! Нет того веселья:
С. 71 Или куришь натощак,
Или пьёшь с похмелья.
1456 год, декабрь. В Рождественскую ночь два профессиональных вора и Франсуа со своим другом школяром после совместной вечеринки в таверне решили очистить ризницу Наваррского коллежа. Обнаруженные там 500 золотых экю стали их добычей. Но, гримасы фортуны – другой сундук с 5000 экю они не вскрыли! Пропажа была обнаружена только в марте 1457 года, а из-за болтливости друга обстоятельства кражи стали известны уже через год. Однако Франсуа не стал рисковать и сразу после дела покидает Париж, опасаясь быть повешенным. В «Малом завещании» Вийон не раскрывает истинных причин бегства, а камуфлирует его под неудачную любовь. В подобном положении оказывается и герой песни Высоцкого «Я однажды гулял по столице»….
Ведь я так верил, так любил, Я икрою ей булки намазывал,
От слова каждого дрожал Деньги просто рекою текли,-
И каждый взгляд её ловил, Я ж такие ей песни заказывал!
Пронзавший сердце, как кинжал! А в конце заказал – «Журавли».
Вступив на путь изгнания Вийон добирается до Анжера и пытается прибиться ко двору герцога Рене Анжуйского, славящегося своим меценатством. Себя он видел прежде всего поэтом и мечтал о спокойной жизни при дворе, где бы его дар ценили. Но герцог и его окружение были погружены в искусство пасторальных картинок, которое было абсолютно чуждо парижанину Вийону. Попытки Франсуа получить место при дворах герцога Бретонского и герцога Бурбонского также оказались неудачными. Начавшиеся пятилетние скитания Вийона приводят его то в подручные каменщика, то к чернорабочим в каменоломне, то к торговцам-разносчикам, то в труппы бродячих актёров. Однако зарабатывал здесь он гроши, которых хватало только на хлеб, а его доля от Наваррского дела быстро растаяла. И вот Франсуа под впечатлением первого опыта изымания чужих денег примыкает к шайкам бродяг, промышлявших тем, что плохо лежит, и к «кокийярам», профессиональным грабителям. Они, как и он, нищие, чтобы выжить им приходится заниматься мошенничеством, воровством, вымогательством, сутенёрством. Есть предположение, что он участвовал в Анжерском ограблении 1458 года. Связавшись с этими группами изгоев общества Вийон углубляет свои познания в их языке и создаёт серию из 11-ти баллад на воровском жаргоне. В этих балладах нет ни восхваления и ни осуждения этого мира, однако красной нитью проходит мысль, предупреждение этим ребятам – завязывайте, не попадайтесь правосудию, а то вас ждёт несоразмерно страшное наказание – встреча с палачом. К примеру, в Париже во времена Вийона ни одна неделя не проходила без публичной казни. Кстати, примерно к этому времени (1455 год) относится и первое историческое свидетельство о существовании арго (блатного жаргона). В протоколах Дижонского процесса по делу бандитской шайки («кокийяров») прокурор Жан Рабюстель составил словарь из 80 слов и выражений, употребляемых обвиняемыми. Однако в балладах Ф. Вийона встречается гораздо больше слов на воровском жаргоне, значение многих из которых и по настоящее время является объектом филологических дискуссий.
Баллада I Строй этой баллады невольно приводят
Да, городишко Паруар фартовый, на ум строки из песни Владимира
Одна беда – невпроворот вязал. Высоцкого:
Втихую подберутся – и готово: Это был воскресный день —
На кичу урка поканал, и я не лазил по карманам:
А там, глядишь, от пайки дуба дал. В воскресенье – отдыхать, —
Так что нельзя на деле попадаться, вот мой девиз.
Не то недолго без ушей остаться Вдруг – свисток, меня хватают,
И длинный срок вдобавок потянуть. обзывают хулиганом,
Сумел украсть – сумей сорваться, А один узнал – кричит:
Чтоб часом в петлю не нырнуть. «Рецидивист!»
Баллада II
Братва, идя на скок, не бздите, Не правда ли, это очень напоминает
Глушите фрайеров смелей, знаменитую песню Владимира:
А погорев, не подводите Я в деле, и со мною нож —
Ещё не взятых корешей.. И в этот миг меня не трожь,
Баллада VI А после – я всегда иду в кабак, —
C тарайтесь с курвами пропить И кто бы что ни говорил,
Всё, что от дела перепало,- Я сам добыл – и сам пропил, —
Уж лучше трахать, чем копить, И дальше буду делать точно так.
Пока вон не скривят хлебало.
1460 год(?). Поэт добирается до гостеприимного двора Карла Орлеанского в Блуа, где обретает кров и временное денежное пособие. Ф. Вийону предстоит участие в поэтическом конкурсе по стихосложению на заданную герцогом тему: «Не жажду больше, хоть иссяк родник…» Десять поэтов состязались в словесном ристалище. Вийон создал бессмертные строки:
От жажды умираю над ручьём.
Смеюсь сквозь слёзы и тружусь играя,
Куда бы ни пошёл, везде мой дом,
Чужбина мне – страна моя родная.
В концовке каждой строфы прорывается пронзительный крик души: «Я всеми принят, изгнан отовсюду».
Находясь в Блуа, Вийон продемонстрировал мастерство стихосложения и в сочинении «Баллады истин наизнанку» в традициях смеховой народной культуры Средних веков:
Мы вкус находим только в сене
И отдыхаем средь забот,
Смеёмся мы лишь от мучений,
И цену деньгам знает мот.
Кто любит солнце? Только крот.
Лишь праведник глядит лукаво,
Красоткам нравится урод,
И лишь влюблённый мыслит здраво.
История не сохранила сведений, получил ли изгнанник награду за свои труды, однако обещанного жалованья он так и не дождался. В этом же году, находясь в Орлеане, он попадает в тюрьму в связи с расследованием его участия в каком-то ограблении. Тут ему грозит виселица.
1460 год. 17 июля. По случаю въезда в город трёхлетней принцессы Марии, дочери Карла Орлеанского, Ф. Вийон был помилован и выпущен из заключения.
1461 год. Странствия продолжаются. Находясь в Мене поэт в мае попадает в тюрьму, где пребывает в тёмном подземелье по распоряжению епископа Тибо д , Эссиньи. Вийону вменяется в вину кража манускрипта с рецептом шартреза – «эликсира долголетия». Ко всему этому по приказу местного жестокого епископа Ф. Вийон был расстрижен из звания клирика (обрит наголо) за участие в представлениях бродячих актёров (жонглёров), что особенно возмутило Франсуа своей несправедливостью. Подобное церковное наказание следовало совершать только в Париже, по месту посвящения Вийона в клирики. Но тут судьба во второй раз спасает поэта от неминуемой виселицы. Второго октября новый король Франции Людовик XI по дороге на Тур остановился на ночлег в Мене и повелел по этому поводу освободить заключённых. А на Тибо д , Эссиньи поэт по-полной отыгрался в «Большом завещании».
Франсуа решает возвратиться в Париж – ведь прошло уже пять лет его скитаний. Попытка предложить свои услуги герцогу Жану Бурбонскому, когда-то пожаловавшему ему шесть экю во время его первого отъезда из столицы, окончилась неудачей — поэт с буйным нравом не подходит ни к одному двору. Обращение Вийона к герцогу имело приписку на обороте послания:
Стихи мои, неситесь вскачь, А вот строки песни ВВ, находящегося
Как если б волки гнались сзади, в подобном положении:
И растолкуйте, бога ради, Сколько лет, сколько лет —
Что без гроша сижу, хоть плачь! Всё одно и то же:
С. 317 Денег нет, женщин нет,
Да и быть не может.
В конце осени Ф. Вийон объявляется в Париже. И если допустить, что «Баллада о толстухе Марго» имеет биографическую подоплёку, то поэту приходится так туго, что он какое-то время вынужден совместно с Марго жить в « притоне, который мы содержим с ней», и заниматься сутенёрством. Одновременно Ф. Вийон со своим другом писцом занимается переписыванием «Большого завещания», законченного к 1463 году. В этом завещании Франсуа с изощрённой иронией проходится по своим недругам. К примеру, три «бедные маленькие сиротки», которым он отказывает свои последние деньги, это известные парижские ростовщики, конный стражник, славящийся своим обжорством, награждается омлетом с сыром, что на жаргоне означает оплеуху, а двум богачам он в насмешку предлагает место звонарей, обычно занимаемое самыми бедными прихожанами. И подобным образом он потешается над всеми упоминаемыми современниками в завещании и балладах этого периода. Только его друг, пьянчужка Котар, поминается добрым словом. Поэт, испытавший жестокие удары судьбы, обманутый женщинами и страдающий от голода и болезней, с горечью подводит итоги жизни:
Мои грехи – моя беда, В подобном положении оказывался не раз и Владимир:
Вся жизнь – лишений череда, Я коней заморил.- от волков ускакал.
То хворь, то нищета и холод… Укажите мне край, где светло от лампад,
С пути сбивает нас нужда, Укажите мне место, какое искал,-
Волков из леса гонит голод. Где поют, а не стонут, где пол не покат.
Хочу о нищете людей Здесь на зуб зуб не попадал,
Поговорить, о злой недоле, Не грела телогреечка,
О горечи голодных дней, Здесь я доподлинно узнал,
Исполненных стыда и боли Почём она – копеечка.
В этом завещании, пересыпанном арготизмами, двойными смыслами, эротизмом, наполненном иронией, пародией и сарказмом, он перечисляет своих друзей, женщин, знакомых, недругов и врагов, раздаривая им то, чего у него отродясь не было и быть не могло. «Большое завещание» завершается эпитафией «школяру, измученному судьбой» и назначением распорядителей его похорон. В предпоследней «Балладе, в которой Вийон просит у всех прощение», он не прощает только предателей:
А вас, предателей собак, А вот прямое обращение ВВ к теме предательства:
За холод стен и груз оков, В наш тесный круг не каждый попадал,
За хлеб с водой и вечный мрак. И я однажды – проклятая дата —
За ночи горькие без снов Его привёл с собою и сказал:
Дерьмом попотчевать готов… «Со мною он – нальём ему, ребята!»
Но чтоб отделать этих псов, И день наступит – ночь не на года,-
Я умоляю не щадить Я попрошу, когда придёт расплата:
Ни кулаков, ни каблуков! «Ведь это я привёл его тогда —
И всех прошу меня простить. И вы его отдайте мне, ребята. »
И вот завершающая «Последняя баллада», в которой он, возможно, и рисуется напоследок. Поэт, претерпев столько бед и лишений, покидает этот мир с мыслями о любви – единственном чувстве, тепло которого согревало его душу:
Всё раздавал без колебанья, Владимир также без остатка отдавал себя любимой:
И вот, до нитки разорён, Если беден я, как пёс – один,
Скончался, претерпев страданья, И в дому моём – шаром кати,-
Амура стрелами пронзён Ведь поможешь ты мне, Господи,
Навылет – бедный ветрогон! Не позволишь жизнь скомкати!
Но вот вам истина святая: Дом хрустальный на горе – для неё,
Он был, как юноша, влюблён, Сам, как пёс бы, так и рос – в цепи.
Юдоль земную покидая. Родники мои серебряные,
С. 267 Золотые мои россыпи!
В «Последней балладе» кроется некая тайна. Поэт, имеющий тяжкий опыт любовных отношений, вместивший в себя вероломство и жестокость Катерины де Воссель, его первой любви, неуспех в отношениях с Селимоной Альцест, утешение в объятиях распутной аббатисы Югетты дю Амель из Пурраса, временную благосклонность Марты, представившей Вийона ко двору герцога Орлеанского, совместный притон с толстухой Марго и завершившийся перед последней высылкой из Парижа связями с девицами на один вечер, в этой балладе обращается к любви, как к единственному светлому чувству прошедшей жизни.
1462 год. Октябрь. Вийон попадается на мелком воровстве – его бы сразу отпустили из тюрьмы, но тут всплыло старое дело о грабеже Наваррского коллежа. В ноябре было оглашено судебное решение: Франсуа Вийон в течение трёх лет должен выплатить 120 экю коллежу, иначе он будет арестован и посажен в тюрьму. В декабре Вийона ожидает новое приключение, круто изменившее его жизнь. Компания Вийон и друзья, направляясь домой после приятного времяпровождения в кабачке, стала задираться с прилежно работающими писцами королевского нотариуса. Те ответили, и завязалась потасовка. Вышедший на шум нотариус получает удар ножом. Он подаёт жалобу и всех участников драки арестовывают – их ждёт виселица. Друзья Франсуа посылают апелляцию в парламент, а сам поэт разражается стебом:
Я – Франсуа, чему не рад, У Владимира Высоцкого драматические страницы
Увы, ждёт смерть злодея, последнего года жизни выглядят концом азбуки:
И сколько весит этот зад, Жизнь – алфавит: я где-то
Узнает скоро шея. Уже в «це – че – ше – ще»,-
С. 327 Уйду я в это лето
В малиновом плаще.
1463 год. 5 января Парламент огласил решение: «… Вийона следует изгнать на 10 лет за пределы Парижа». В тюрьме, в тягостном ожидании смерти, был написан последний шедевр поэта «Баллада повешенных» с заключительной строфой:
О Господи, открой нам двери рая! Последний стих Высоцкого также заканчивался
Мы жили на земле, в аду сгорая. обращением к Всевышнему:
О люди, не до шуток нам сейчас, Мне меньше полувека – сорок с лишним,-
Насмешкой мертвецов не оскорбляя, Я жив, тобой и Господом храним.
Молитесь, братья. Господу за нас! Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,
С. 331 Мне есть чем оправдаться перед ним.
8 января Франсуа Вийон покинул Париж, и его следы теряются на просторах средневековой Франции. Можно предположить, что он до последнего боролся с подстерегающими его невзгодами и мечтал вернуться в Париж к своим друзьям. Если бы он устроился на тихую должность писца, то дотянул бы до 1473 года – последнего года изгнания. Но скорее всего ему пришлось в погоне за хлебом насущным участвовать в рискованных и опасных противозаконных деяниях, где и был прерван ход его буйной и непредсказуемой жизни. Произошло это, можно предположить, незадолго до окончания срока изгнания, когда поэту перевалило за 40 лет.
Чем сегодня нас привлекает лирика Франсуа Вийона и Владимира Высоцкого? Прежде всего, золотым качеством поэзии — тем эффектом неподдельности личности, проглядывающей в их бессмертных творениях.
Отступление на тему Франсуа Вийон и Владимир Высоцкий
Поэтические миры двух поэтов могли сблизиться, не прояви Владимир непонятного самоустранения от предложения Марины Влади посоревноваться — поимпровизировать на тему Ф. Вийона «От жажды умираю над ручьём…» Жизнь в очередной раз преподала урок непредсказуемости. История этого эпизода сохранилась в изложении В. Шубарина.
С 19-го по 23-е мая 1969 года ВВ, будучи в Одессе на съёмках фильма «Опасные гастроли», сдружился с Владимиром Шубариным, также снимавшемся в этой картине. На второй день съёмок прилетает М. Влади, и совместно с Шубариными они решают вместе провести вечер. Попав не без трудностей в ресторан Морского вокзала, их компания уединяется за столиком. Марина, наблюдая за непьющим Владимиром, с иронией процитировала строку Ф. Вийона «От жажды умираю над ручьём…» и обратилась к нему: «Что-то ты давно ничего не пишешь?» — предлагая сымпровизировать на эту тему. Но Высоцкий был не в духе и подмигнул Шубарину: «Да вот Володька напишет!»
Этой же ночью В. Шубарин написал стих, названный им «Моё любительское эссе»:
От жажды умираю над ручьём.
От сытости голодным умираю.
Я время продаю за нипочём,
А жизнь свою по крохам собираю.
Теряю – не жалею ни о чём.
Ну а найду, обрадуюсь едва ли,
Когда я пьян, то мне б бокал ещё,
Когда я трезв, то мне б не наливали.
Я, кажется, старею по утрам.
По вечерам – уверен – молодею.
Я юноше на вид лет сорок дам,
А старцу двадцати не пожалею.
Я вижу в темноте, а днём слепец.
Я слышу шёпот трав и глух к обвалам.
В начале каждом вижу я конец.
За каждым же концом я жду начала.
Я слаб. В себя не верю и ещё
Я малодушный трус… но лезу в драку!
Мне пёс порвал штаны, и кровь течёт,
А я, страдая, всё ж люблю собаку.
От жажды умираю над ручьём.
От анекдотов не смеюсь, а плачу.
Я беззащитен с поднятым ружьём,
Но я силён… когда за горло схвачен.
Впоследствии, в виде песни, эти стихи исполнялись В. Шубариным на концертах с посвящением Владимиру Высоцкому.
Дальнейшие события в Одессе Шубарин описывает так:
«…Днём даю ему почитать. Он еле разобрался в моих каракулях и, посмотрев на меня так, будто видит впервые, говорит:
— Про меня, — сказал он.
— А я про себя писал…
Он как-то без направления повёл рукой и говорит:
— Вообще… про нас…»
В. Шубарин «Танцы с барьерами» — М.:АСТ-ПРЕСС КНИГА-2007, С.200, 201
Тексты произведений Ф. Вийона с указанием страниц приводятся по изданию: Вийон Ф . Стихи/Сост. Г.К. Косиков.-М.: ОАО Издательство «Радуга», 2002