Квинтэссенция средневековой истории Парижа или «быв грязью, стать духом»

Недавно вышла история Парижа от Цезаря до Людовика Святого (с начала нашей эры до XIII века), автор которой — хорошо нам всем известный романист, француз, бесконечно влюбленный в свой город – Морис Дрюон.

Погрузиться в мир средневековья довольно просто, когда тебе рассказывают не сухую политическую историю: родился, женился, завоевал, был убит/отравлен/и т.п. (вариантов во все времена у правителей закончить свою жизнь исключительно по старости лет было немного), а истории с живыми образами, перемежая народные легенды и комментарии профессиональных историков. Общая характеристика парижского средневековья у Дрюона дана ярко — «Добродетель была здесь таким редким товаром, что один факт, что ты человек порядочный, великодушный и хоть чуть-чуть стремишься помочь людям, уже считался чудом и, по общему мнению, такой человек заслуживал канонизации» (это применительно к «доброму » королю Дагоберу, который даже в российской культуре стойко проходит именно с таким определением, при этом его историческая характеристика «темперамент воина, склонность к деспотизму во власти и вкусы сатрапа», т.е. те еще добродетели).

Париж – есть сам дух свободы. Город еще в первые столетия нашей эры приютил первого своего революционера – грека Дионисия Парижского. Революционность его воззваний отличалась вполне понимаемой и сегодня тематикой. Дионисий отрицал божественное происхождение императора и боролся за отделение церкви от государства. Он проповедовал, что священнослужителям следует быть посланниками Духа, а не находится на службе у власти. Его и его сподвижников, понятное дело, казнили за такие изречения, а место казни на горе и по сей день в их память называется горой Мучеников или в современной интерпретации с латыни – Монмартром.

Интересно, что Хлодион – первый король из династии Меровингов (V век), получил свое прозвище Косматый не случайно. Римляне для подчеркивания своей цивилизованности коротко подстригали волосы, то франки демонстративно волосы не подстригали и длинные волосы отождествляли для них свободу и более того, благородное происхождение и королевскую власть. И срезать длинные волосы франкскому королю было равнозначно лишению его королевской власти.

«Повеселили » рассказы про «Бича Божьего» — вождя гуннов Атиллу (V век), который приводил в ужас своих европейских современников, а нас может и воодушевить необычностью своей смерти (или непредсказуемостью путей наших жизненных). Атилла умер во время своей 770 или 780 первой брачной ночи в объятиях германки.

Дрюон рассказывает и о непростой истории христианизации будущей Франции, конечно же и «дело о суассонской чаше» упоминается, причем в комментариях рассказ дается более подробный и именно из него можно составить представление о ключевых принципах, которыми руководствовались в то, по современным меркам весьма жестокое время. Хлодвиг, несмотря на принятие христианской веры, весьма свободно относился к возможности физического уничтожения собственных родственников, дабы обезопасить себя от любых посягательств на престол. Церковники того времени представляли эти трагические кончины, как знак милости Божией. Вот уж о времена, о нравы. Да, и именно Хлодвиг решит сделать Лютецию (прошлое название Парижа) столицей своего королевства, которое в те времена занимало площадь, большую, чем площадь современной Франции.

Интересно про введение в европейскую культуру миропомазания (помазания на царство) с Пипина III Короткого, после чего изменилась суть монархии. До этого момента королевская власть хоть и передавалась по наследству, но монарх должен был быть избран (и потом решение могло быть и пересмотрено). Теперь же был взят ритуал времен фараонов и помазанный приобретал черты жреца, ознаменовался выбор Богом своего орудия в управлении народом. Поэтому противостояние с помазанником божьим – святотатство, а отсюда и конфликты, возникающие впоследствии между церковными интересами и интересами королей. И в результате родилось папское государство. «Ключи святого Петра были на самом деле ключами короля Пипина»

Интересна трактовка Дрюона о кумирах Наполеона, который называл Карла Великого своим блистательным предшественником, а никак не Цезаря или Александра Македонского, которых нам обычно приводят в пример великих полководцев и императоров. Примечательно, что стоящая перед собором Парижской Богоматери статуя Карла Великого не имеет ни малейшего сходства с тем, кого она должна изображать. Карл Великий никогда не носил бороды, у него было круглое лицо с длинными усами, огромный живот и голова была постоянно втянута в плечи, будто шея отсутствует.

Виктор Гюго в своей книге «Париж » говорит: «Города – это каменные библии. В Париже нет ни одного купола, ни одной крыши, ни одного камня мостовой, которые не говорили бы о союзе и единстве, не давали бы урока, примера или совета. Пусть же придут сюда народы; пусть по этому букварю гробниц, памятников и трофеев научатся они читать слово «мир » и разучатся ненавидеть. Пусть они доверятся ему: Париж успел показать себя. Из Лютеции стать Парижем – есть ли символ великолепнее! Быв грязью, стать духом.»

И Морис Дрюон, продолжает дело Виктора Гюго и пишет свою историю Парижа, руководствуясь словами Монтеня «В ходе веков камни стираются быстрее, чем слова»

И напоследок из интересного о Париже и упорстве в учении. В XIII веке благочестивый и красноречивый Робер-де Сорбон основал богословский колледж, в основу которого была положена идея «демократического централизма», которая заключалась в том, что каждый может принять участие в дискуссии, но окончательное решение остается за первым лицом. Учились в Сорбонне 10 лет. Выпускной экзамен длился с 6 утра до 6 вечера, в это время постоянно менялись 20 экзаменаторов, которые не давали студенту передышки (он кстати все 12 часов испытания не мог ни есть, ни пить). И только успешно прошедшие столь непростую интеллектуальную процедуру становились докторами университета.

Отдельно хочу отметить работу переводчиков и комментаторов книги Наталью Василькову и Серафиму Васильеву. Зачастую читать комментарии интереснее основного текста (объем комментариев примерно 30% книги)

Морис Дрюон «Париж от Цезаря до Людовика Святого», перевод и комментарии Н. Василькова и С. Васильева, «Азбука -Аттикус» 2015, КоЛибри

Для коллажа использованы:

часть фрески «в соборе Св. Петра папа Лев III возлагает императорскую корону на голову Карла»,