История одной песни. "Заветный камень" ("Камень Севастополя")

"Встреченные пулемётным огнём гитлеровцы залегли, потом начали отступать. Так было уже несколько раз. С высотки, преграждавшей фашистам путь к Севастополю, снова и снова били пулемёты, делая невозможным продвижение вперёд. А Севастополь казался близким и доступным. Вражеские солдаты видели домики, зелень садов. Солнце жгло, хотелось тени, прохлады, конца этого много дней длящегося, нескончаемого боя. Обер-лейтенант кричал: - Сколько их там? Двадцать? Тридцать? Самое большее - пятьдесят. Нужно опрокинуть, раздавить, уничтожить! Вперёд. И снова, харкая кровью, обливаясь потом, ползли гитлеровцы, и перед высоткой росла новая гора из трупов. Фашисты открыли огонь из миномётов. Над высоткой взметались дым и земля. Гитлеровцы поднимались, бежали вперёд, были уверены, что теперь дорога на Севастополь расчищена, сопротивление сломлено, всё живое истреблено. Но пулемётные очереди, меткие и убийственные, пронизывали воздух, атака захлёбывалась, новые трупы устилали долину, новые раненые поливали своей кровью высушенную солнцем севастопольскую землю. Высшее командование нервничало. Оно требовало немедленно ликвидировать позицию большевиков. Планы срывались, продвижение вперёд тормозилось. Группа бомбовозов поднялась в воздух и сбросила свой груз на высотку. Казалось, земля взметнулась к небу и медленно опустилась. Фашисты двинулись вперёд, робея и задыхаясь. Они со страхом смотрели на развороченную высотку. Постепенно шаг их становился увереннее, спины выпрямились - проклятые большевики были уничтожены, они молчали.Солдаты пошли во весь рост. Впереди Севастополь! - Хайль, хайль! И тогда пулемёт стеганул, как бич в руках опытного пастуха. Бой шёл до вечера. Опять били миномёты и орудия, опять шли бомбовозы и штурмовики, а воздушные разведчики докладывали о прекрасно укрытой и замаскированной позиции. К вечеру немецкое командование ввело в бой резервы. Два батальона наступали на неприступную позицию. Широкими клещами фашисты охватывали высотку. И, наконец, высотка замолчала. Она молчала, когда охваченные страхом гитлеровцы подползали к таинственным блиндажам. Она молчала, когда они перелезали через трупы своих солдат. Она молчала, когда они бросились в штыки. Она молчала, когда они ворвались в разрушенные блиндажи и остановились, тяжело дыша, захлёбываясь, не веря этой тишине, ожидая смерти. И дождались! В наступающей темноте ярко вспыхнуло пламя рвущихся гранат и осветило падающих, бегущих, ползущих фашистов. Но сзади шли новые цепи, и высотка замолчала навсегда. Когда об этом доложили большому начальнику, украшенному железными крестами, тот спросил: - Пленных взяли? - Нет. - Все уничтожены? - Да. - Сколько же их там было? - Один. - Батальон? - Человек. - Абсурд! Это невозможно. Вы осмотрели всю позицию? - Да. - Один? - Да, но это был моряк. Начальник больше ни о чём не спрашивал. Он посмотрел в ту сторону, где скрытый темнотой лежал Севастополь, и плечи его передёрнулись так, точно ему в эту жаркую крымскую ночь стало вдруг очень холодно. " Георгий Гайдовский, "Невозможное" Серия рассказов "Севастопольские новеллы", 1942

Дейнека А.А. "Оборона Севастополя".

Здравствуйте, друзья! Я не случайно начала эту рубрику с рассказа о защите Севастополя, потому что песня, о которой я хочу вам рассказать, будет именно о героических защитниках Севастополя в годы Великой Отечественной войны. Песня, которая называется "Заветный камень" или "Камень Севастополя" - первый вариант песни наиболее известен.

Вот ее текст: Холодные волны вздымает лавиной Широкое Чёрное море. Последний матрос Севастополь покинул, Уходит он, с волнами споря.

И грозный, солёный, бушующий вал О шлюпку волну за волной разбивал. В туманной дали Не видно земли, Ушли далеко корабли.

Друзья-моряки подобрали героя. Кипела волна штормовая. Он камень сжимал посиневшей рукою И тихо сказал, умирая:

«Когда покидал я родимый утёс, С собою кусочек гранита унёс. Затем, чтоб вдали От крымской земли О ней мы забыть не могли.

Кто камень возьмёт, тот пускай поклянётся, Что с честью носить его будет. Он первым в любимую бухту вернётся И клятвы своей не забудет!

Тот камень заветный и ночью, и днём Матросское сердце сжигает огнём. Пусть свято хранит Мой камень-гранит, Он русскою кровью омыт».

Сквозь бури и штормы прошёл этот камень, И стал он на место достойно. Знакомая чайка взмахнула крылами, И сердце забилось спокойно.

Взошёл на утёс черноморский матрос, Кто Родине новую славу принёс, И в мирной дали Идут корабли Под солнцем родимой земли.

Перед тем, как я расскажу о ней, предлагаю эту песню послушать. Музыка: Б. Мокроусов Слова: А. Жаров 1943г. Исполняет: А. Королев с Ансамблем песни ВРК п/у Б. Александрова. Исполнение 1947г.

Теперь вернемся к песне. Я читала отзывы наших с вами современников. Хочу заметить, что песню "Заветный камень" моряки приняли радушно, пели в годы войны, в послевоенные годы. Вот, пример: когда Утёсов приехал в Москву на концерт после войны, он обратился к залу с такими словами: "У вас есть Царь-Колокол", а у нас - "Царь-Песня". и запел "Заветный камень". Зал эту песню слушал стоя.

Современные критики пишут о том, что в июле 1942 г. воды Черного моря не могут быть холодными, о том, что найти гранит в Севастополе невозможно и т.д. Не буду углубляться в политику, но догадайтесь сами, кто пишет такие отзывы. Даже графоманом назвали, человеком, далеким от окопов Севастополя, но песня жива и будет жить в сердцах моряков, в сердцах тех, кто помнит годы войны. Цитирую. "1.Почему "холодные волны"? Севастополь был оставлен в ИЮЛЕ 1942 года. Несмотря на общий трагизм военной обстановки волны всё-таки, видимо, были тёплыми. 2. Откуда "кусочек гранита"? Гранит - порода, свойственная молодым (в геологическом смысле) горам, а Крымские горы - старые. Желающие могут справиться по геологической карте. При строительстве укреплений используется не гранит, а бетон. Щебень, применяемый в бетоне в качестве наполнителя может быть дроблённым гранитом, но извлечь его оттуда нельзя, да и он не может символизировать "крымскую землю" и служить памятью о ней. 3.На какое место стал этот камень достойно? Это место известно только умершему герою песни. Не надо писать о вещах, которые далеки от автора, как поэт Жаров от окопов Севастополя. От этого происходит подмена пафоса идиотизмом на уровне персонажей Гашека."

И вот, что ему ответили. Тоже цитирую: 1). Даже в июле волны Чёрного моря могут быть холодными. Холодными потому, что они стали принадлежать врагу. Которому всего полгода назад было жарко под Москвой. И через полгода станет жарко под Сталинградом. 2).Наблюдателю: ну, напишите ещё, что весь Севастополь построен из известняка и других меловых пород, коих в округе немеренно. Только зачем эта полемика? Сравнение с гранитом - символ стойкости. 250 дней и ночей Севастополь отражал натиск многократно превосходящих сил жестокого врага. Попробуйте в Городе-Герое в любом месте копнуть землю - обязательно найдёте кусок "военного" металла - гильзу, осколок, кусок пулемётной ленты, деталь оружия, пряжку, пуговицу. А ведь там сражались НАШИ люди. Солдаты и моряки, для которых Севастополь - не пустое слово. Которые при жестокой нехватке всего - оружия, боеприпасов, продовольствия, медикаментов - сражались. Сражались - и с болью оставляли родной город, когда "своей" осталась только земля на мысе Херсонес. 3) Жаров действительно не был в окопах Севастополя. Но в Москве во время войны не отсиживался, а служил на Северном флоте. Мокроусов же, между прочим, оставался в осажденном Севастополе. Мой Вам совет: съездите в Севастополь. Побывайте на местах сражений обеих оборон. После этого Вам уже не захочется уточнять, молодые там горы или старые. И поймёте, что воевавшие поэт-песенник и композитор просто не могли написать эту песню плохо. А если уж говорить о бетоне - долго выстояли бетонные укрепления фрицев в Берлине?"

А что скажете вы, друзья-литераторы? Хотелось бы узнать ваше мнение по этому поводу.

Теперь к истории создания песни. Есть легенда. А может, правда? …Уже пятый день плыла по Черному морю одинокая шлюпка, держа курс на Туапсе. В шлюпке было четверо: все моряки - севастопольцы. Один из них умирал, трое угрюмо молчали. Верные святой заповеди морской дружбы они не оставили своего тяжело раненного товарища на берегу, забрали с собой. Когда его поднимали, сраженного вражеским осколком, там, в Севастополе (это было близ памятника Погибшим кораблям), то не заметили сначала, что в руке он зажал небольшой серый камень, отбитый снарядом от гранитного парапета набережной. Покидая Севастополь, моряк поклялся вернуться вновь в этот город и положить камень на место. Чувствуя, что ему не суждено это сделать, черноморец передал заветный осколок гранита своим боевым товарищам с наказом: непременно вернуть его на свое место – в Севастополь. Так и передавали моряки-севастопольцы эту драгоценную реликвию друг другу. От них она попала к воинам других родов войск, и каждый клялся выполнить завет неизвестного моряка-севастопольца – вернуть камень на родную землю.

Эту историю, поведанную бывалым боцманом Прохором Матвеевичем Васюковым, рассказал читателям газеты «Красный флот» писатель Леонид Соловьев. Летом 1943 года легенду о севастопольском камне прочел в этой газете Борис Мокроусов. Многое связывало его с городом русской славы — Севастополем. В июле 1941 года он был призван на флот и оказался среди его легендарных защитников.

Александр Жаров рассказывал, как создавалась эта песня-легенда. «…Когда начали уже появляться первоначальные музыкальные наброски, мелодические ходы, стали вместе думать, работать над содержанием…Получалось не сразу. Борис поставил трудную задачу: создать песню предвещающую победу над врагом (уже тогда!). Для этого песня должна нести в себе горькую правду первого периода войны. Иначе не было бы художественно убедительным и предсказание победы. Долго не могли отыскать центрального кульминационного эпизода, который бы определил главную идею сочинения. Наконец он был подсказан самой жизнью…»