Константин Девиер, Анна Энгельгардт (Хераскова) и ее дочери
О ЧЕМ РАССКАЗЫВАЮТ ЛУЖСКИЕ НАДГРОБИЯЧеременецкий Иоанно-Богословский монастырь под Лугой удивительное и очень светлое место. На его главной святыне, громадной древней иконе, пророк Апокалипсиса; к его уху прильнул Ангел, шепчущий слова Откровения. Бываю тут каждой осенью: без видимых причин отмечается повышение настроения, и ты открываешь для себя что-то радостное. Год назад это был восставший из небытия собор, снимков которого еще не было в сети. Уничтоженная большевиками обитель понемногу преодолевает свой малый Апокалипсис.
В сентябре 2015 г. заприметил я одно из изувеченных надгробий монастырского кладбища. Текст его плохо читаем из-за сильных повреждений: Г. рдiи..тставной РотмистръГрафъКонстантинъ Михайловичъ Де..еръРодился 5 Апреля 1824 годаСкончался 27 Iюля 1859 года Кто он, этот Де..еръ? Первая мысль — Девиер, представитель известного графского рода, потомок первого генерал-полицмейстера СПб, портрет которого висит в Смольном.Зашел на портал Центра генеалогических исследований . Так и есть: это Девиер Константин Михайлович (1824.04.06--1859.07.27,†Череменецкий монастырь Луж.уезд СПб губернии), гвардии отставной ротмистр [Шереметевский В. Русск.провинц.некрополь. Т.1. М.,1914]. Он является пра-правнуком «еврея Петра Великого».
О нем известно немного. Ротмистр в отставке, был попечителем Лужской городской больницы. Владелец многочисленных поместий: в Старорусском уезде Новгородской губернии – сел. Голодуши, Оберетки и др., в Звенигородском уезде Московской губернии – усадьбы и дер. Веледниково, в Пронском уезде Рязанской губернии – с. Телятники, а также в Пензенской губернии.
Набросал я небольшой очерк о первом Девиере – Антоне Мануиловиче. Что сопровождалось неким дежавю касательно имени его потомка: где-то еще я встречал упоминание о Константине Михайловиче Девиере.
Роюсь в источниках далее. Ну, как же, вот оно : его жена Екатерина была дочерью Анны Романовны Энгельгардт (Херасковой), последней представительницы славного рода Херасковых. Это же леденящая душу история о живом мертвеце Федоре Энгельгардте, который был тесть Константина Девиера, описанная В. Пикулем в исторической миниатюре «В трауре по живому мужу»! Но об этом чуть позже.
Константин Михайлович Девиер прожил всего 35 лет. Во втором замужестве его супруга Екатерина Федоровна была за Александром Артамоновичем Муравьёвым (1821-1881), сыном декабриста, статским советником, председателем Новгородской казенной палаты. Вот тут же рядом в Череменецком монастыре находится и его могила.
Отдельного рассказа заслуживают тёща Константина Девиера, Анна Романовна, урожденная Хераскова (1809-1881) и ее предки. Она была внучатой племянницей Михаила Матвеевича Хераскова (1733 – 1807) – поэта и писателя, автора эпической поэмы «Россиада», действительного тайного советника. Портрет Михаила Хераскова. Художник К. Гекке. 1800 - е гг.
Основательно забытый в наше время Херасков был почти 50 лет ректором и куратором Московского университета. Он также первый владелец особняка на ул. Тверской в Москве, известного, как «Английский клуб», усадьбы «Очаково». Ему принадлежит авторство текста официального гимна Российской империи «КОЛЬ СЛАВЕН НАШ ГОСПОДЬ В СИОНЕ» на музыку Д.С. Бортнянского.В 1833 г. статус государственного гимна закрепился за «Молитвой Русского народа» («Боже, Царя храни!») В.А. Жуковского на музыку А.Ф. Львова, но «Коль славен» продолжал сохранять свое значение в качестве церемониального гимна.
Анна Романовна Хераскова после кончины в 1832 г. своего брата получила в наследство имение Солнцев Берег на противоположном от монастыря берегу Череменецкого озера. В 1831 г. она вышла замуж за смоленского дворянина Федора Валентиновича Энгельгардта (1802-1876). Супруги жили в имении безвыездно круглый год, здесь же родились их дети: старшая дочь Екатерина (?), Вера (1833), Пелагея (1835), Александра (1836), Анна (?) и сын Валентин (1846). Но этот брак не был счастливым.
Архивные документы донесли до нас подробности тяжелых отношений супругов, при коих муж «бил жену, угрожал оружием, душил». Упоминается некий гувернер Дубов, который «пил и всех оскорблял», при этом Анна Романовна хвалила достоинства Дубова и дала ему доверенность на управление имением. В конце концов вмешались родственники Анны Романовны. Было возбуждено дело, началось следствие, допросы крепостных и детей. По решению суда Дубова выслали в Олонецкую губернию, а Энгельгардт оставил семью и уехал на родину, в Смоленскую губернию.
Анна Романовна прожила долгую жизнь, скончалась в 1881 г. и была похоронена вместе со своим сыном Валентином на кладбище с. Романщина в 15-ти км. от Череменецкого монастыря. Пару лет назад автор этих строк разыскал и их могилу (пост от 18.05.2013 г.).
Фотоснимок сопровождался тогда ссылкой на помянутую выше миниатюру В. Пикуля хотя и с извинением перед читателями. Вот теперь о ней подробнее.
БЛЕСК И НИЩЕТА ИСТОРИЧЕСКИХ МИНИАТЮРСодержание опуса «В трауре по живому мужу» сводится к следующему. Дворянин Федор Энгельгардт развратил свою 14-летнюю дочь Анну. Его супруга Анна Романовна, безумно любившая мужа, была сражена «как громом». Она явилась прямиком в III Отделение и ошарашила самого шефа жандармов Леонтия Дубельта откровенным рассказом.Тот доложил обо всем Императору. – Разорвать бы этого титулярного собаками, – сказал Николай I, – но… придется судить мерзавца. Вскоре императора навестила любимая дочь Вел. княжна Мария Николаевна дабы сообщить, что ее подруга, светлейшая княгиня Салтыкова, слезно умоляет не предавать дело ее кузена Энгельгардта всеобщей огласке.
Посему было принято решение объявить Федора Энгельгардта. мертвым. У него изъяли паспорт, лишили всяческих прав. Анне Романовне доставили свидетельство о погребении мужа. Поначалу живой мертвец скрывался у своей кузины Салтыковой, по прошествии некого времени явился вновь и стал шантажировать свою бывшую семью. Портрет Леонтия Васильевича Дубельта (1792-1862), генерала от кавалерии,начальника тайной полиции. Худ. П.Соколов, 1834
Наверное, под воздействием позитивной энергетики Череменецкого монастыря показалась мне вся история с соблазнением Энгельгардтом собственной дочери более, чем сомнительной. Что еще за холмогоровщина среди русского дворянства в николаевские времена?
Решил обратиться к первоисточнику, перелопатил дневники самого Леонтия Дубельта. И, вот, представьте, нашел: 1851 г. ДЕКАБРЬ 15. Приказано произвести следствие о семейных раздорах графа Салтыкова. Жена его написала безыменные письма, что он влюбился и хочет соблазнить свою старшую дочь, а он показывает, что помещик Федор Энгельгард уже соблазнил и жену, и дочь его. Страм! (источник).Больше нигде о Федоре Энгельгардте в дневниках ни слова. Дубельту верить можно, если не шефу жандармов верить в России, то кому ж еще?
«Дубельт — лицо оригинальное, он наверное умнее всего Третьего и всех трех отделений Собственной канцелярии. Исхудалое лицо его, оттененное длинными светлыми усами, усталый взгляд, особенно рытвины на щеках и на лбу ясно свидетельствовали, что много страстей боролось в этой груди прежде, чем голубой мундир победил или лучше — накрыл все, что там было» («Былое и думы»).
На самом деле упомянутый скандал наделал в свое время много шуму в столице и выглядел так. Тайный советник гр. Лев Григорьевич Салтыков (1800-1857) был женат на фрейлине Екатерине Михайловне Голициной (1808-1882) и имел 3-х сыновей и 2-х дочерей Наталью (о ней речь) и Софию. Его жена, клевеща на мужа, пыталась выгородить любовника своего и своей дочери, троюродного брата Федора Энгельгардта. Проведенное расследование быстро установило истину ( источник ).
Получается, что всю историю с трауром по живому Энгельгардту бойкий литератор Пикуль просто выдумал? В том числе и такие подробности:«Полковник Станкевич, ставший за эти дни «другом дома», навестил Анну Романовну, чтобы сообщить ей о приговоре, который был согласован с самим императором. - Можете быть спокойны, - утешил он женщину, - и траурных одежд снимать не надо, ибо вы действительно ОВДОВЕЛИ. - Надеюсь, его казнили? - спросила Анна Романовна. - Нет. С ним поступили ХУЖЕ. Вашего бывшего просто вычеркнули из числа жителей, населяющих нашу могучую империю, паспорт у него навечно изъят, он лишен всяческих прав, а вскоре будет объявлено о его смерти официально. - Мне, вдове, нужен официальный документ о моем вдовстве. - Не волнуйтесь. Третье Отделение на все способно… Станкевич не шутил. Из канцелярии Дворянского собрания Анне Романовне доставили документы, узаконивающие ее вдовье положение, при этом она получила на руки и свидетельство о погребении титулярного советника Федора Энгельгардта в какой-то захудалой деревеньке под Вологдой».
Похоже, всё это полет закусившей удила фантазии беллетриста. Впрочем, Пикуль ссылается на творения некой А.И. Соколовой, писавшей под псевдонимом «Синее Домино». Но и без этого в «исторической миниатюре» предостаточно ляпов: «при жизни похороненный» Федор Энгельгард на самом деле скончался в 1876 г., женой гр. Константина Девиера была Екатерина, а не Вера Энгельгардт, у кузины Салтыковой Энгельгардт всяко прятаться не мог при живом-то муже и т.д. Выводы делайте сами.
В качестве позитивной ноты предлагаю послушать гимн Российской империи «КОЛЬ СЛАВЕН НАШ ГОСПОДЬ В СИОНЕ» (стихи М.М. Хераскова на музыку Д.С. Бортнянского). Тем паче сегодня праздник.У нас с драгоценнейшей френдессой Анастасией недавно случилась легкая полемика по нюансам понятий Россия и совдеп. Пусть этот аудио-визуальный ряд поможет избежать всяких досадных смешений.
Гимн «Коль славен» исполнялся на торжественных церемониях, входил в военный ритуал производства юнкеров в офицеры, звучал после артиллерийского залпа и сигнала горнистов «На молитву, шапки долой!».С 1856 по октябрь 1917 гг. колокола на Спасской башне Московского Кремля ежедневно в 15 и 21 час. звонили мелодию «Коль славен наш Господь в Сионе», а в 12 и 18 час. мелодию «Преображенского марша».