«Вести бизнес можно в любой белорусской дыре, жаловаться — тоже». История ресторатора из райцентра, который начинал в деревне

Кобрин. Площадь Матросова заливается ярким солнцем. На ее краю выделяется мощная двухэтажка из красивого сруба рыжего отлива. Там кафе, которое прижилось бы и в столице. Его хозяин производит примерно такое же впечатление, что и постройка: коренастый, спокойный, уверенный в себе. Это одно из трех его заведений в городе. Еще есть пиццерия, строится кафе с чеком пониже. Он крутится с детства, провел насыщенную бизнес-молодость в Минске на стыке СССР и РБ, чтобы потом начать все заново в родной деревне и стать успешным региональным бизнесменом.

«Випы», РОВД, угрозы

Когда решил открываться, сразу отказался от танцев. Хотя экономически было соблазнительно. Да и знакомые удивлялись: «Да что ты творишь?! Если негде танцевать, к тебе никто не придет!» Хозяин в ответ твердил: «Мы должны отдыхать культурно. И отдыхать всей семьей. Я буду культивировать это в Кобрине».

Жанра сытого и пьяного танца не было, но его ценители появлялись. Приходилось бороться, поднимать цены на алкоголь в ущерб собственному кошельку.

Новые порядки нравились далеко не всем. Периодически заплывали компании, которые считали себя местными «випами». Хамили, ругались, обещали спалить кафе. Хозяин — бывалый, не реагировал. А вот девочки-официантки плакали. Их обещали назавтра подкараулить за углом. Город маленький, угрозы реальные.

Сергей поразмыслил и решил гнуть свою линию: «Не бойтесь, я поддержу, обращайтесь в милицию». Девушки сходили в РОВД. В ответ разъяренные клиенты стали бычить: написали жалобу на кафе. Но никто своих заявлений не отозвал. В итоге люди поняли, что давить нет смысла. Пришли и все-таки попросили у персонала прощения.

Хозяин достаточно удовлетворился. Говорит, даже не помнит, чем закончилась история со стороны милиции.

Пастух, джинсы, дзюдо

Папа — пастух, мама — домохозяйка. Жили в Дивине. Это деревня в 30 километрах от Кобрина: 4000 жителей, 800 учеников в школе.

На село по распределению приехали двое тренеров по дзюдо. К одному почему-то потянулись все. Второй остался без учеников, несмотря на низкую деревенскую конкуренцию.

Ребенок увлекся спортом. На стене его комнаты появился плакат советского дзюдоиста Виталия Песняка. Ездил на соревнования, видел новые места и людей. Понимал, что можно по-другому говорить, по-другому думать, по-другому одеваться. Тренер постоянно повторял: «Может, вы не выиграете всего на свете, но людей из вас я сделаю».

В 14 лет захотел джинсы. Стоили 250 рублей. Понимал, что таких денег не достать. Правда, сестра работала приемщицей на заготпункте, куда как раз поступила штроксовая ткань. Насобирал макулатуры и отправился к родственнице на автобусе.

Правда, жила она на другом краю страны — в Поставах. Выезжаешь с первым солнцем, потом пересадка — тусуешься в Минске на автовокзале — и рвешь на север. Путешествие заканчивается часов в семь вечера.

Макулатуру сдали. Сестра доложила каких-то денег. Купил ткань. Фурнитуру вырезали из старых джинсов. Потом искали швею. В итоге Сергей пошил две пары красивых брюк себе и старшему брату за 80 рублей. Выглядели почти так же, как настоящие джинсы за 250.

Adidas, Вроцлав, комсомол

Всегда мечтал побывать за кордоном. В 14 должен был ехать в Чехию по спортивной теме. Пришлось даже вступить в комсомол, иначе не выпустили бы. Но поездка не состоялась.

Шанс пробить дебютный выезд подвернулся на первом курсе. Сергей как раз поступил в Институт физкультуры. Товарищ занимался велоспортом. Помог сделать вкладыш в паспорт: мол, член спортивной делегации.

Готовился полгода. Бегал по всем магазинам Минска. Покупал все, на что хватало денег. Получился целый рюкзак фотоаппаратов, пленок, инструментов и прочих полезных штуковин. Поляки, к которым ехали ребята, в то время покупали и продавали все.

Понадобились велосипеды: велопробег же. У друга был профессиональный — с рулем, похожим на бараньи рога. Сергею найти такой же было негде. Купил обычный «Турист» с багажником. Специального облегающего костюма тоже не было. Студент надел обычные спортивные брюки и вправил их в высокие носки. Для правдоподобности придал лицу спортивное выражение.

Ехали из Бреста. На границе стояла очередь. Ребята объезжали ее по лесочку. Сергей в дополнение к своему спортивному прикиду еще и вляпался грязь. Советские пограничники пропустили. Поляки напряглись: «Куда, панове?» — «Велопробег! Спортсмены!» — «Цо то есть за делегация? — задумался пограничник, а после, посмотрев на запачканного Сергея и его рюкзак, добавил: — Грибники какие-то!»