Жизнь в прифронтовом селе Восточной Украины: без денег, без света, без власти

По дороге из Киева на фронт я купил шоколад Snickers. Случайно обнаружив его в кармане куртки, даю Софье. Она берет шоколадку руками в рукавицах и с недоверием принимается ее рассматривать. Потом счастливо смеется. Широко раскрывая рот, как это делают дети двух с половиной лет от роду.

«Сегодня она смеется первый раз», – говорит стоящая за моим плечом бабушка Софьи. На улице уже смеркается. По голосу бабушки чувствуется, что у нее ком в горле. Обернувшись, замечаю, что в уголках ее глаз слезы, но она пытается решительно улыбаться.

На самом деле я купил сладости, поскольку знал, что меня ожидают скучные часы, когда придется пережидать в подвалах бомбежки. Подумал, что будет здорово, чтобы поднять парням настроение, извлечь из кармана шоколад, словно фокусник из волшебной шляпы. Но в реальной жизни, когда с неба рядом с тобой падают бомбы, самое последнее, что приходит на ум, это шоколад!

До фронта два километра

Первомайское отделяют от Донецка всего каких-то 15 километров. В поселок постоянно попадают мины и ракеты сепаратистов, поэтому много разрушенных домов. Огонь, на самом деле, ведется по украинским войскам, которые расположены на линии: аэропорт Донецка – деревня Пески – Донецкая окружная дорога. К счастью, среди жителей села погибли пока единицы.

Местные жители дают лаконичную и честную оценку положению – это катастрофа, которую усугубляет полное отсутствие украинской государст­венной власти. По­этому хотя село Первомайское и его окрестности еще с лета под контролем украинских властей и добровольцев, население настроено к ним враждебно.

Местные жители, особенно женщины, злятся, а некоторые и вовсе мгновенно приходят в ярость, когда я спрашиваю у них, каким образом украинские власти пытаются облегчить их положение – будто я разворошил осиное гнездо.

Последние денежные переводы дошли до поселка в июле прошлого года. В течение последних шести месяцев никто уже не получал зарплат, пенсий и каких-либо пособий. Денежных переводов для своих граждан государство в эти места не отправляет, почта и банк закрыты. Местная администрация давно уже покинула эти места, никаких представителей государственной власти здесь нет и в помине.

«Уже пять месяцев бомбят, и конца не видно, – говорит один из жителей села. – У нас все закончилось – и деньги, и силы. Нас довели до такого предела, что мы уже не люди. Для государственных властей мы просто никто!»

26-летняя Яна, мать Софьи, до войны работала в Донецке продавщицей. Как она говорит, сейчас время от времени их семье оказывают помощь украинские добровольцы, которые доставляют им и другим семьям с маленькими детьми продовольствие и лекарства.

«Денег у нас осталось только на хлеб, – признается Яна. – Мы выживаем только за счет своего огорода – каким-то образом удалось собрать урожай в перерывах между бомбежками».

Не к кому и не на что ехать

В местной школе в результате бомбежек повылетали все стекла. В последний раз дети были в школе в октябре. В детский сад мины попадали уже дважды, последний раз мина пробила крышу здания. Разумеется, детей туда больше никто не приводит.

Никакой медицинской помощи в этих местах нет уже несколько месяцев. Когда я спрашиваю Яну, мать Софьи, что они будут делать, если дочка заболеет, она начинает плакать. Бабушка говорит, что им остается только молиться.

«Ребенок очень боится разрывов бомб. Прошлой ночью, когда опять рядом ложились мины, она от страха упала с кровати», – говорит Яна.

Десять дней назад поселок остался без электричества, поскольку бомба сепаратистов точно накрыла одну из подстанций. Когда я пять дней назад покидал эти края, электроснабжение так и не было восстановлено. В поселке просто нет никого, кто мог бы это сделать. Предприятие электроснабжения с «большой земли» отказалось направлять бригаду в такой опасный район… Все село отапливает свои дома газом, но для работы газовых бойлеров требуется электричество. Еще повезло, что нынешняя зима на Украине была до сих пор достаточно мягкой.

Каким-то чудом еще работает единственный магазин в Первомайском. Все только благодаря тому, что есть смелый водитель, который через день, рискуя жизнью, отправляется за товаром. Риск для жизни объясняется тем, что поселок соединяет с «большой землей» единственный участок шоссе протяженностью в три-четыре километра, проложенный по совершенно ровному ландшафту. Снайперы и пулеметчики сепаратистов постоянно ведут обстрел двигающихся по этой дороге автомобилей.

Из прежних 2000 жителей поселка свое существование здесь влачат примерно четверть. Дело не в том, что эти 500 человек не хотят уехать подальше от войны. У них просто нет на это денег и хоть кого-то, к кому можно было бы переехать. Государство же до сих пор не проявляло никакого интереса к тому, как они там выживают под огнем.

Кое-кто уехал от бомбежек в расположенный неподалеку городок, но эти люди уже начали понемногу возвращаться. И вовсе не потому, что жизнь в родном селе стала более безопасной, просто у них кончились деньги. Стоимость аренды жилья в тылу за линией фронта здорово подскочила, а найти работу беженцам не удается. Поэтому они живут в съемных квартирах до тех пор, пока хватает денег, отложенных родителями на похороны. И как не абсурдно признать, в данном случае хорошо, что переход в мир иной стоит на Украине очень недешево.

Для запугивания населения сепаратисты применяют и психические атаки. Неделю назад они обстреляли расположенный в 25 километ­рах от Донецка город Курахово из ракетных комплексов «Град» холостыми ракетами. Для острастки, чтобы показать неспособность украинской армии защитить людей.

Уже на следующий день на город обрушились настоящие ракеты. Во время обстрела погибли шестеро мирных жителей, в том числе и 11-летняя девочка, еще около 20 человек получили ранения.

Взаимная антипатия

Следует отметить, что жизнь в подобных прифронтовых населенных пунктах, вроде Первомайского, проходит под тотальным влиянием телевидения России и сепаратис­тов. Вещание украинских телевизионных каналов в этих местах недоступно. Зато, пожалуйста, можете смотреть два официальных российских телеканала, а вдобавок еще два телеканала Новороссии, все они распространяют явно антиукраинский настрой, замешанный на ненависти и издевательстве.