Современные молодежные романы(книги о любви)

Подростки, страдающие от тяжелой болезни, не собираются сдаваться.Они по-прежнему остаются подростками - ядовитыми, неугомонными, взрывными, бунтующими, равно готовыми и к ненависти, и к любви.Хейзел и Огастус бросают вызов судьбе.Они влюблены друг в друга, их терзает не столько нависшая над ними тень смерти, сколько обычная ревность, злость и непонимание.Они - вместе. Сейчас - вместе. Но что их ждет впереди?

• Все записи
• Записи сообщества
• Поиск

Здравствуйте, теперь мой роман "Колючки" можно найти на Литмаркет. Смешная романтическая комедия про двух сестёр

Валентина Энджел "Колючки"

Я -Саша. Меня и мою сестру не зря называют колючками.Мы многое пережили,но так и не научились прятать наши шипы от любимых.Моя тихая и размеренная жизнь превратилась в цирк с блондинистой макакой и напыщенным павлином в главной роли ,после предложенного сестрой, свидания вчетвером.Мдаа. Лучше бы мне ей пирожное в рот засунуть,чтобы предотвратить сие событие. Вот так я попала в разряд кактусокожих,да ещё с гордым званием ежа и мегеры. Вы спросите за что меня так окрестили? Думаю ,познакомившись с моей историей,вы поймёте,что некоторых животных моего цирка пора бы уже и ощипать за наглость.

В романе есть: дружба,тёплые отношения между сёстрами,юмор, фиктивный брак, "великий соблазнитель",своеобразные любовные треугольники.

Дракон мумифицированный или охота за артефактом © Аллу Сант Юмористическое фэнтези, городское фэнтэзи Статус: в процессе, новинка Аннотация: Найти артефакт в вымершем мире - что может быть проще для дракона? Это даже не испытание, а так, прогулка. Вот только мир на планете Земля не вымер. А за драконом гоняются три девушки в попытках сделать “ убойное селфи”. Что же найдет наследник клана? Артефакт или неприятности на свою чешую?

Пламя кострища взмывало в небо.

Танцевали и веселились молодые ведьмы и люды.

Наблюдали с улыбками на лицах за своими сыновьями и дочерьми все жители селения.

Сегодня не было такого привычного разделения на ведьм и людов.

Вся община ощущала себя единым целым, понимая, что у каждого из них своё место и своя роль в этом Мире. Что они взаимосвязаны и не смогут существовать друг без друга.

Отдельным кружком, немного в стороне, сидели Старшие Ведьмы. Сегодня у них особый день. Именно сегодня, когда забрезжит в небе рассвет, предвещающий восход Дневного Светила, они свершат брачный обряд над теми, кто в эту ночь избрал для себя пару. И пусть увеличивается община! Пусть приходят в этот Мир дети! Пусть не прервется никогда нить Жизни! Ведь именно так задумано Творцом! Именно на это благословила всех Великая Праматерь!

Веселье было в самом разгаре.

Уже удалились в лесную чащобу несколько пар, когда ведьмы почуяли опасность, и увидели, как из гущи леса на поляну выбегают затянутые в звериные шкуры незнакомцы.

Они были вооружены. Они пришли убивать или быть убитыми. От них шел запах смерти.

Ни один люд не придёт на праздник Торжества Дневного Светила вооруженным. Ни одна ведьма не возьмёт с собой защитные амулеты. Да и от кого защищаться в день, созданный для любви и продолжения рода?!

Захватчики, оттеснив ведьм и не причиняя им вреда, начали целенаправленно уничтожать людов. Наверное, они думали, что ведьмы, поняв, что им ничего не грозит, замрут от ужаса пред возможной гибелью, и счастья от понимания, что сегодня смерть обошла их стороной. Но они не учли того, что среди людов есть мужья и женихи ведьм. И что ни одна женщина, будь она ведьмой или людянкой, не допустит того, чтобы на её глазах убили любимого.

В каждой новорожденной ведьме есть Свет и Тьма в равных долях.

Каждая ведьма с детства учится держать свою Тьму под контролем.

Но это вовсе не значит, что Тьма уничтожена, похоронена и забыта.

Она просто притаилась в ожидании своего часа.

От крика, который раздался над лесом, лилась кровь из ушей и глаз тех, кто принёс смерть в мирную деревню. Лопались и разлетались, как перезрелые фрукты от удара о землю, головы. Ядовито-зелёный огонь, вырывающийся из рук ведьм, поджигал меховые одежды, в которых заживо поджаривались тела тех, кого не приглашали на этот праздник.

Опомнившиеся от неожиданного нападения люды, выламывали стволы молодых деревьев и добивали захватчиков, в муках корчившихся на земле.

Люды не успели даже удивиться тому, что ни полный дикой силы крик ведьм, ни зеленый огонь, не причиняют им ни малейшего вреда. Они всегда верили в силу своих ведьм, всегда доверяли им, поступить иначе сегодня у них не было ни малейшего повода. И никто из людов не понимал, что спасает их именно эта вера! Вера в то, что ни один из них никогда не пострадает от магии своих ведьм, какой бы страшной она не казалась.

Ева и её дочери стояли в кругу ведьм и вместе с ними творили Чёрную Волшбу. Другого выбора у них не было.

В коридорах хореографического училища стоял тихий гул. Мамочки, которые привезли своих дочерей на отбор в хореографическое училище, прихорашивали своих девочек. Подтягивали купальники, чтобы не сползали с худеньких плечиков, тянули вниз рукава, чтобы не морщили, оправляли юбочки-шопенки, убеждались с том, что чешки сохранили белоснежность, некоторые, не знамо с чего разорившиеся на покупку балетной пачки, взбивали руками туго накрахмаленные слои капрона. И, конечно, завистливым или пренебрежительным взглядом окидывали соседок, оценивая их внешние данные. - Раздеть всех девочек до трусов! – Мстислава постучала шпильками по коридору и скрылась в танцклассе, где уже собрались члены приёмной комиссии. Мамочки загудели чуть громче: «Как же так?! Ведь они «разорились» на фирменный купальник с лайкрой, который так великолепно утягивает чуть заметное детское брюшко доченьки! И юбочка, такая славная, прикрывает мягенькую пухленькую попочку малышки! И вот сейчас нужно все это снять?!» В коридор выглянула Людмила Марковна: - Всем девочкам пройти в танцкласс! И разуйте их! Пол в зале тёплый, ничего с вашими будущими Примами не случится, - усмехнулась, глядя как одна из мамаш развязывает ленты на крохотных пуантах, - вы бы еще корону на неё напялили! Мамочка, покраснев, как рак, быстро сунула осмеянную обувку в сумку. По коридору пронёсся язвительный смешок. Девочки, провожаемые напутствиями родительниц, потянулись в зал. *** Если кто-то из вас, мои читатели, бывал на породной выставке кошек или собак, то он поймет, о чем я хочу сказать в следующих строках… За длинным столом, расположенным у стены, на которой висело огромное зеркало, сидели четыре женщины и один мужчина. По выпрямленным спинам, разведенным лопаткам, откинутым головам со вздёрнутыми подбородками, по улыбкам, застывшим на лицах, каждому посвященному становилось понятно, что перед ним танцовщики балета. Впрочем, непосвященный тоже мог об этом догадаться. Посреди танцкласса стоял одинокий табурет. За пианино, черневшим в углу зала, сегодня никого не было. Потому что сегодня не будет ни музыки, ни танцев. Сегодня состоится отбор по статям! Не делая никакого различия между тихо стоявшими, выстроившимися в одну шеренгу, босыми девочками, вздрагивающими от волнения, их по одной вызывали в центр зала и начинали отдавать команды: - Имя! Анфас! Профиль! Спиной! Первая позиция! Плие! Шпагат! Поперечный шпагат! Батман! Батман тандю! Не смотреть на станок! Держим равновесие! Анфас! Нагнуться! Ноги прямые! Спина прямая! Глубже! Спиной! Мостик! Встать! Сесть на табурет! Прямо! Лопатки свести! Спина прямая! В профиль! Голову поднять! Еще поднять! Ноги вверх под прямыим углом! Улыбаемся! – если бы у претенденток был хвост, то обязательно заглянули бы и под него. Но это было только начало экзекуции. Пока девочка выполняла команды приёмной комиссии, рассматривающей её как букашку под микроскопом, сидевшая в торце стола секретарь, успевала найти её учётную карточку. Документ открывали на нужной странице и клали перед мужчиной, ведущим танцовщиком оперного театра, слева от которого сидела Мстислава Борисовна Звездинская, старший преподаватель классической хореографии. - Так, коллеги, продолжим, - улыбался танцовщик, глядя на девочку: - К стене! Да не дрожи ты так! Расстреливать сегодня мы тебя не будем, - балерины, члены комиссии, угодливо хихикали, услышав шутку, повторявшуюся из года в год. Девочка подходила к стене, на которой была нарисована шкала роста, Замирала, вытянувшись в струнку. Секретарь, запомнив и огласив цифры, тут же записывала их в карточку. Девочка, отступив пару шагов в сторону, становилась на весы. Её вес так же заносился в карточку. Секретарь, сделав какие-то расчеты, оглашал непонятную для претендентки цифру. Иногда, комиссия о чем-то еле слышно переговаривалась. Иногда, не требовалось даже этого. Решение принималось быстро и карточка девочки либо откладывалась в сторону, либо вручалась ей. Слова при этом произносились одни и те же: - Спасибо! Можешь идти! В коридоре доченьку ждала дрожавшая от нетерпения мама. Если девочка выходила из танцкласса с зажатой в руке карточкой, всё пространство оглашал вздох облегчения. Потому что карточка в руке означала, что претендентку «срезали» на первом же этапе! И что у других малышек есть больше шансов быть зачисленными в училище! Мама несостоявшейся балерины тоже вздыхала. Но не облегчённо, а печально и горестно. *** https://author.today/reader/107456/850894

– Генри, прежде чем мы пойдём дальше… я бы хотела попросить тебя кое о чём, – поймав его настороженный взгляд, она тихо договорила: – Не спрашивай меня о том, где я остановилась, кто я такая и о моей повседневной жизни. Достаточно того, что ты и так знаешь.– Почему?Господи, ну как же объяснить этому человеку, что она и так намного ближе к нему, чем он думает?!Показать полностью. – Да какая тебе разница? – немного резко бросила она. – Нам осталось быть вместе всего четыре дня, а затем каждый из нас вновь пойдёт своей дорогой. Так давай не будем засорять эту историю ненужными разговорами?! – Всё ещё видя неодобрительные огоньки в его глазах, Виктория попробовала зайти с другой стороны. Подойдя к нему вплотную и положив ладони ему на грудь, она мягко прошептала: – Насколько я помню, Генри Холту совсем необязательно всё знать о своей женщине, чтобы насладиться её компанией…Он не ответил. Его лицо по-прежнему оставалось серьёзным, а чёрные глаза, словно ища в ней малейшую брешь, прожигали её душу насквозь.Сглотнув, Виктория поняла, что просто не в силах ему солгать.– Генри, – она заглянула в его глаза, а голос предательски дрогнул, – я прошу тебя, уступи.– Хорошо, – тихо отозвался он. – Но, надеюсь, ты сама очень скоро всё мне расскажешь.

Юная волчица, дочь Светлейшего, бежала к неказистому домику, в котором жила её бабка.

Распахнув дверь, девушка бросилась на грудь к Старой волчице:

– Мать моей матери! Скажи, объясни, что со мною творится?! Что я делаю?! Что и зачем?!

– Успокойся, дитя. Сядь рядом и расскажи, что тебя так обеспокоило? – Старая волчица вытирала слёзы, текущие по лицу внучки, тонким платком.

Девушка, постоянно сбиваясь и перескакивая с одного на другое, рассказывала и о сегодняшнем бое, свидетелем которого ей довелось стать.

И о юноше-волкодаве, при взгляде на которого её сердце замерло на несколько мгновений.

И о том, как она внезапно приняла решение бой прекратить и швырнула на ристалище ветку цветущей жимолости.

И о том, как едва взошла полная луна, ноги сами понесли её к клеткам, где держали псов.

И о том, как она дала обещание Волкодаву помочь освободиться ему и его друзьям.

О том, что в пищу и воду для бойцовских псов подсыпают сваренное и заговоренное Черной ведьмой зелье, знали если и не все, то многие.

Светлейший берег Черную ведьму, как зеницу ока. Ведь она давно стала его советником. Да и понимал Светлейший, что не будь рядом ведьмы, чары развеются, зелье, рано или поздно, закончит свою разрушающую деятельность в крови псов, и тогда волкам несдобровать. А уж что псы сделают с ним, Светлейшим, даже думать не хотелось. А потому он оберегал и ведьму, и тайну с нею связанную. Но сведения о роли ведьмы в борьбе своры и стаи все же каким-то образом просочились, и дочь Светлейшего была осведомлена и о неприглядном поступке отца и о том, чья это «заслуга».

– Ну что же ты так убиваешься, девочка моя?! – Старая волчица все гладила и гладила внучку по волосам: – Нет в этом ничего ни странного, ни неправильного. Ты почувствовала в этом Волкодаве свою пару, и, вполне естественно, что захотела ему помочь.

Девушка отшатнулась от бабки:

– Что такое ты говоришь, мать моей матери?! Он пес, а я волчица! Как мы можем быть парой?!

– Во-первых, разделение по расам, на волков и псов, было не всегда. Раньше, много тысячелетий тому назад, мы были единым народом. Ну а во-вторых, пришло время узнать тебе, дитя моё, что мой отец, дед твоей матери, твой прадед тоже был псом.

– Как?! Этого не может быть! Светлейший так ратует за чистоту крови, что никогда бы не взял в жены ту, в чьих жилах течет хоть капля крови псов! Да он убил бы и мать, и меня, если бы узнал!

– А он и убил твою мать, – горестно вздохнула Старая волчица, – только признавать свою оплошность ему не позволила гордыня. А потому смерть жены он преподнес, как гибель на охоте.

– А я? - девушка испугано сжалась: – Почему я жива до сих пор?

– Глупышка, – горько усмехнулась старая волчица: – ты ведь похожа на своего отца, как две капли воды. И кажется мне, что он задумал очередную гнусность, решив взять тебя парой, жениться на тебе. Овладеть тобой, уложив на брачное ложе. Дать начало новой ветви Волков-Альбиносов.

– Но ведь это недопустимо! – девушка уже не скрывала своего возмущения.

– Верно. И я благодарна Творцу, что он ниспослал тебе встречу с этим юношей-волкодавом. Ты поможешь ему, а я помогу тебе.