Шесть букв, но не фиаско. МБХ - Европарламенту: "Чё молчите-то?" "Эхо" родило кодекс. Гиркин под гнетом цензуры. "Вероломство болгар"

Шесть букв, но не фиаско. Трансмашхолдинг и тульские пряники. Краткий курс по борьбе с оппозицией: какие-то вы все тут ненастоящий. Как сделать социальный протест политическим. Пристрастие к второсортным обобщениям. Медведь на зоне

Этому процессу посвящена сегодня колонка Дмитрий Глуховского на «Снобе»:

Признайтесь: вы-то ведь на самом деле ни на секунду не поверили, что наша страна теперь всегда будет жить хорошо? Что она вообще на это способна? Вы-то ведь всегда знали в душе: грядет Он, грядет грозный, неотвратимый. <…>

Этого ждали мы все тучные годы, пока набивали карманы купюрами, а рот — всякой едой без разбора. Этого ждали, торча на корейских внедорожниках и немецких седанах в закольцованных пробках, неверяще оглаживая руками подлокотники из натуральной кожи. Это предвкушали, уматывая на каникулы не в священный Сочи, а в бусурманскую Турцию. И все, кто мог, покупали себе домики и квартирки подальше — в Испании, на Крите, в Праге — именно в предчувствии неизбежного и скорого возврата Родины в ее историческую колею. Возврата всех нас на тропу, проторенную волжскими бурлаками. <…>

Его нельзя назвать по имени: раньше еще дозволялось намекнуть в прессе, что дескать, слово это складывается из шести букв и означает совершенный крах, но слово это не «фиаско». Однако недавно нам предписали в печати все его буквы заменять на звезды, как и во всех словах, подходящих для описания нашей новой жизни. Теперь только так можно, к примеру: «Нас всех ждет ******; мы так и знали!» Шесть звезд вместо слова.

Вот они, восходят вновь над Россией — Шесть Звезд. А мы и готовы поклониться им, признать в них божественное провидение и вернуться, ведомые ими, на исконную свою историческую стезю.

Это, кстати, спорный тезис: многие надеялись. Вот Навальный, например, до сих пор надеется, что в московском метро и через тридцать лет еще можно будет ездить:

Наши жулики из правительства Москвы и наш дорогой министр транспорта Ликсутов разворачивает схему, требующую срочного внимания всех москвичей. Обязательного внимания, так как что-то поменять следующий шанс у нас с вами будет возможность только через 30 лет. Речь идёт о закупке вагонов для московского метро, превратившуюся в крупнейшую аферу.

Дальше идет длинный рассказ про то, как московские власти обещали горожанам вагоны Siemens, как все ждали конкурса и пр. и пр. В итоге прошло уже три конкурса, и ни на один из них иностранная компания не смогла даже подать заявки, потому что условия были такими, что им удовлетворяла только компания Трансмашхолдинг, связанная с транспортным начальником Москвы Максимом Ликсутовым:

Мораль, собственно, в том, что дурят нас всю дорогу. Дурил Собянин в начале 2013, дурили весь 2014 год, обещали иностранных участников, конкурентный тендер, лучшие цены и условия. Что-то там мутили весь год, меняли обещания, переносили, зачем-то раздробили одну большую 400 миллиардную закупку на три меньших. Две их них уже достались ТМХ, про третью и так все понятно. Там будет использоваться та же документация, те же невыполнимые требования и непонятно вообще, зачем этот цирк с конкурсом.

И так и эдак конкурсы выигрывает Трансмашхолдинг. В 2014 году они выиграли два конкурса на 277 млрд и, скорее всего, вот-вот выиграют третий, увеличив сумму до 405 млрд за 2014 год.

Бывший (допустим) акционер и управленец этой удачливой компании Максим Ликсутов работает главной Департамента Транспорта города Москвы. Ведомства, которому Московский метрополитен подчиняется напрямую. Он состоял в совете директоров Трансмашхолдинга 8 лет, с 2003 по 2011 год, откуда прямиком отправился в московскую мэрию. Странным образом потом продавал свои доли, разводился с женой и "забывал" про записанные на него офшоры.

По нашему оценочному мнению, такая ситуация является примером гигантского конфликта интересов, который требует немедленного внимания журналистов, мэрии и жителей.

В любом случае мы видим, когда огромнейших размеров контракт, который будет десятилетиями влиять на общественный транспорт в Москве, заключается не в образцово-показательном режиме (как надо), а в режиме мутной воды.

К тому же, какие претензии могут быть у Навального? Навальный-то и так весь лес украл и еще всю почту, как доказывают сейчас в суде против него и его брата.

Навальный заканчивает пост призывом к журналистам разобраться в подробностях. Но сделать это не очень просто, пишет Екатерина Винокурова:

Сайт Госзакупок обновили катастрофически. Будь я конспирологом, подумала бы, что обновили явно в целях борьбы с теми всеми, кто очень любит совать свой нос в государственные траты. Раньше, к примеру, показвали количество и названия компаний-участниц тендера. Теперь этого нет, и нельзя доказать, был ли тендер сделан конкретно под поставщика. Половина заказов не грузится.

Узнать, не загружая себе на компьютер всех документов, в чем суть закупки, больше невозможно, а названия у ни по классификации сами понимаете, малоинформативны.

Такая вот борьба с коррупцией, понимаешь.

Собственно, по этой схеме и производится сегодня борьба с любым недовольством: во-первых, все засекретить, а во-вторых, объявить всех «ненастоящими». Логику новой борьбы с оппозицией разбирает на «Слоне» Андрей Перцев на примере последних заявлений московских властей о том, что на митинге врачей были «сплошные ЛГБТ-активисты», а врачей не было:

Раньше машина правды постоянно ссорила «путинское большинство» с меньшинством. Сейчас в Кремле, видимо, уже не верят, что эти 84% сторонников курса в ближайшее время останутся таковыми. Выход находится предсказуемый в натравливании пока входящих в большинство, но уже недовольных отдельными действиями власти групп друг на друга. Вышло пять тысяч врачей? Значит, это непрофессионалы. Выйдет 30 тысяч, окажется, что все медики у нас не прочь поживиться за счет пациентов. Кто получает благодарности напрямую от них, кто выписывает лекарства определенного производителя, на что им жаловаться? По тому же опросу «Левада-центра», затруднились обозначить свое отношение к протесту врачей 35%, а среди тех, кто узнал про акцию впервые, только 41% выступили на стороне медиков. Простор для манипуляций есть.

Пойдут сокращения среди учителей – тот же сценарий: репетиторство, поборы на ремонт классов. Про бизнесменов, если те запротестуют против повышения налогов и сборов, тем более можно рассказать кучу интересного. Главное, чтобы сочувствия к коллегам по несчастью у каждой группы не возникало, чтобы общее почтение к Кремлю не сменило общее же его неприятие. Пока к кройке и шитью большинства идеологи на Старой площади только присматриваются: слишком дорогой может оказаться цена взаимного подозрения для страны, если, конечно, она еще важна власти.

Илья Матвеев на openleft обсуждает тот же митинг и те же заявления властей:

Надо ли бросаться доказывать мэрии, что врачи были?

Власти и примкнувшие к ним рыковские «блогеры» за 85 рублей/пост говорят про отсутствие врачей не просто так. Этот прием (на митинг вышли не «настоящие» митингующие, а «политики») стал у них излюбленным потому, что находит широкий отклик в населении, которое привыкло не доверять политике, считать политику обманом, грязью, циничным самопиаром на любой острой теме, происками Госдепа и т.д.

И так глубоко укоренен этот взгляд в населении, что даже его протестная часть не до конца от него избавилась. Поэтому многие сочувствующие протестам склонны присоединяться к Кремлю в бесконечных подсчетах «правильных» митингующих и презрительном отношении к «неправильным» политактивистам, которые портят «гражданский», чистый и невинный протест против закрытия больниц и увольнения врачей.

Можно по-разному доказывать, почему так делать не стоит. Но я бы хотел привести самый главный, по моему глубокому убеждению, аргумент.

Помните, кто ваш враг. Помните, кто сильный, а кто — слабый. Помните, что не стоит вместе с сильными быть против слабых. Стоит – вместе со слабыми быть против сильных.

Враг – это «реформа» здравоохранения и те, кто ее проводит. А не политактивисты внутри движения. Легко пойти на поводу у пропаганды и подсчитывать вместе с платными блогерами количество врачей. Трудно – бороться против «реформы» и побеждать. Трудно добиваться своего в борьбе с противником, который сильнее и который даже не думает к вам прислушиваться. Если вы наконец-то предъявите Печатникову и остальным митинг, на котором одни врачи и никто не нарушает «гражданскую» чистоту, они все равно не отменят реформу. Волшебства не случится, ключик не откроет тайную дверь и власти не станут соглашаться с участниками протестов, среди которых остались только «правильные» и «настоящие».

Поэтому единственный способ победить — постоянно наращивать давление, формировать широкую общественную коалицию против реформ, которая будет готова к политическому противостоянию с властями.

George Komarov "Соединять гражданский протест и политический" вообще не нужно, нужно _делать_ "гражданский" в полной мере политическим изнутри. И увещеваниями и сетованиями этого не добиться никогда. Я понимаю, что для большинства политактивистов это неудобная, если не неприемлемая парадигма, но альтернатив я не вижу.

В последней реплике есть смысл – особенно если читать ее на фоне колонки Валерия Панюшкина на «Снобе». Панюшкин объясняет свалившиеся на Россию беды каким-то странным пристрастием (врожденным что ли?) людей к «второсортности»:

Это ведь только говорится так, что к хорошему быстро привыкают, а на самом деле на моей памяти девушки лет десять отвыкали от сладенького шампанского и привыкали к брюту. Время нужно. <…>

Что угодно возьмите. Хоть аннексию Крыма. Я сейчас не к противникам аннексии обращаюсь, а к самым что ни на есть сторонникам: неужели же вы не видите, что аннексия эта какая-то второсортная? Потому что ведь когда первосортная империя захватывает первосортную колонию, то из колонии в метрополию должны же направляться экзотические товары, мирра и ладан, золото и шафран, а нам из Крыма направляется только низкого качества крепленое вино, даже неловко как-то. <…>

С протестами не лучше. У нас ветераны Болотной до сих пор ведь вспоминают: эх, какие у нас были протесты. А протесты-то, если честно, были второсортные. Потому что не может быть первосортных протестов под лозунгом «Не врать и не воровать». В первосортном лозунге визионерство должно быть какое-то, мечта о светлом будущем, пусть наивное, но обязательно смелое видение рецептов счастья всех людей на Земле. «Свобода, равенство, братство». «Мир народам, земля крестьянам, хлеб голодным». All you need is love. Ну, или хоть «Под асфальтом — пляж!» Такими бывают первосортные протестные лозунги. А с приставкой «не» лозунги бывают только второго сорта.

Я смею полагать, что мы окружены всем этим второсортным именно потому, что не привыкли к первосортному.

Ну да, и поэтому подождем еще лет триста, пока процесс формирования привычки не завершится. Самим определять планку «нам», видимо, не дано от природы. Как «девушкам» не дано постичь прелести брюта.

Мариам Новикова: Всем хорош Панюшкин, но вот это неприятная общая черта у наших авторов - приводя пример глупостей, всегда писать о неких собирательных женских образах (бабки и девушки страдают наиболее часто).

Но у Панюшкина это хотя бы публицистическое генерализаторство, а вот сверхпопулярный сегодня пост Евгения Юрьева – прямо про «изъяны популяции». Воистину, не отличишь уже биологизирующего либерала от старательных сочинителей «русского кода» и лишней хромосомы:

Когда Слава Рабинович в своем материале про *желаемое* послание Путина четвертого декабря перечисляет необходимые этапы и инструменты настоящей структурной реформы, он все правильно и талантливо называет, и про гарантии инвестиций, и про дробление банков. Когда Навальный говорит, что не надо врать и воровать, и нужно убить жабу на трубе, и Ходорковский что-то такое хорошее говорит - это все очень правильно.

Только это уже, увы, слишком идеалистично. Не до конца правдиво. Потому что главная выявленная проблема - это проблема внутри популяции, ее ценностное, этологическое и чисто биологическое разложение. И самоубийственный инфантилизм.

А все эти милые люди исходят опять из модели стерильного сферического русского гражданина в вакууме. А мы имеем склабящегося прапора в коробке.

Ну и там много – про суицидальные тенденции «русских», отказ от еды и черт знает еще что. Если и есть надежда, то вот она: