Нужно ли снижать возраст уголовной ответственности за тяжкие преступления?
Депутаты российской Госдумы готовят законопроект, который снизил бы возраст уголовной ответственности за тяжкие и особо тяжкие преступления (убийство, похищение человека, кража, захват заложника, изнасилование и другие насильственные преступления) с 14 до 12 лет. Сейчас за такие преступления предусмотрена ответственность с 14 лет, а за все остальные — с 16 лет, сообщает Regions.Ru.
Появление законопроекта вызвано катастрофическим ростом преступности среди малолетних подростков, которые нередко убивают, насилуют, грабят, причем совершают преступления с особой жестокостью. До 14 лет они за это не несут никакой ответственности, таким образом, потенциально представляя еще большие угрозы в будущем.
Инициаторы этого закона и его защитники выдвигают следующие аргументы:
1. Снижение возраста ответственности за уголовные преступления до 12 лет позволит изолировать большее число преступников от общества. 2. Говорить о том, что 12-летние преступники не осознают своих действий, не приходится – они часто совершают преступления осознанно и стараются замести следы. 3. В целом ряде стран мира подростки привлекаются к уголовной ответственности с этого и даже более юного возраста. Так, в некоторых штатах США дети старше 10 лет, совершившие особо тяжкое преступление, могут быть приговорены к пожизненному заключению (при общем возрасте подверженности уголовной ответственности с 16 лет). Также с 10 лет можно подпасть под суд в Англии, Австралии, Швейцарии. Уголовная ответственность с 13 лет наступает во Франции, с 14 — в Германии и Японии, в других странах Евросоюза — от 13 до 18 лет. В Ирландии, как и в некоторых восточных странах, можно отправить в колонию 7-летнего ребенка.
Свои аргументы выдвигают и противники введения закона:
1. По мнению ряда экспертов, тяжкие преступления, совершенные в столь юном возрасте – признак психических отклонений. Соответственно, таких подростков следует лечить, а не сажать в тюрьму. К тому же некоторые эксперты, в частности детский омбудсмен Павел Астахов, ссылаясь на данные психологов, утверждает, что сегодня происходит замедление темпов развития подростков: современные российские девушки в среднем достигают психофизиологической зрелости к 18 годам, а юноши — к 20. И, по его мнению, эти данные говорят о недопустимости снижения возраста уголовной ответственности (отметим, что есть и прямо противоположные заключения на этот счет – а именно, о более раннем взрослении подростков в настоящее время). 2. В стране отсутствует ювенальная юстиция, система психологической помощи подросткам и малолетним преступникам. Введение нового закона окончательно перечеркнет надежды на его создание: гораздо проще и дешевле посадить подростка в тюрьму, чем заниматься его перевоспитанием. 3. Строгость или снижение возраста наказания не остановит и не сократит количество преступлений в подростковой среде, где мотивация к совершению преступления может быть выше страха наказания. 4. В колониях для малолетних сильно криминализованная атмосфера, существует жесткая иерархия. Там очень высок процент изнасилованных подростков. В результате из таких колоний выйдет еще более ожесточенный преступник, склонный к рецидиву. По словам правозащитника Валерия Борщева, рецидив среди малолетних преступников составляет 40%. 5. Реализация законопроекта возвращает нас к репрессиям тоталитарных времен, когда вводились аналогичные законы с уменьшением возраста ответственности за уголовные преступления.
«Чем, на ваш взгляд, объясняется всплеск преступности среди несовершеннолетних? Как вы относитесь к идее законопроекта? Будет ли от него польза?» - с такими вопросами корреспондент Regions.ru обратился к священнослужителям.
Главный редактор журнала «Наследник» протоиерей Максим Первозванский заявил, что надо стараться исправить человека, а не изолировать его от общества.
«К сожалению, у нас принято бездумно копировать некоторые западные образцы. Вся наша пенитенциарная система перестаивается именно с учетом западного опыта, и этот законопроект, судя по всему, тоже существует в логике этой перестройки. Сейчас через УФСИН вообще не ставится задача исправления заключенных, и это совершенно неправильно. Конечно, советская система работала не идеально, но ставила перед собой именно задачу исправления, а не просто тюремного содержания», - отметил священник.
По его словам, не секрет, что человек, однажды попавший в колонию, имеет все шансы стать рецидивистом, - тем более это касается несовершеннолетних, которые и на воле-то находятся в дурной компании и совершают преступление, как правило, под ее влиянием. В тюрьме же подростки попадают в соответствующую среду и проходят там свою «школу» воспитания.
«Поэтому считаю, что снижать возраст наказания не следует. Это было бы актуально, если бы мы рассуждали не только о наказании, но и об исправлении. А пока это несвоевременная мера», - высказал мнение отец Максим.
Протоиерей Борис Михайлов, настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в Филях, полагает, что «если тупо, по-советски опустить планку, проблему детской преступности это не решит». По его мнению, нужна специальная комплексная программа работы с «трудными» подростками, принятая на законодательном уровне.
«Да, это будет тяжелая кропотливая работа, может быть, внешне не очень эффектная. Но работа с детьми, особенно с теми, кто "отбился от рук", легкой и не может быть. Но это, в первую очередь, дети, которые должны быть в поле внимания общества. Это, в том числе и дети из неблагополучных семей, которым общество не уделяет достаточно внимания. Серьезной комплексной программы работы с детьми у него нет. Появление такого законопроекта свидетельствует о полном равнодушии к судьбе ребенка, который это очень хорошо чувствует. И то, что дети совершают тяжкие преступления, обусловлено во многом плачевным нравственным состоянием самого общества. Беда в том, что само общество погружено в атмосферу насилия, абсолютно ничем не сдерживаемого. Достаточно включить вечером любую программу телевидения. Давно пора опамятоваться. С телевидением надо что-то делать. Везде одно и то же: Вседозволенность, убийства, разврат, блатная речь, правоохранители ничем не лучше преступников. Человек оказывается вовлеченным во все это, и это проблема не только нашей страны. Но мы в худшей ситуации, потому что у нас нет эффективных общественных образовательных институтов. Система образования в целом деградировала. Подлинная культура забыта. Общество не в силах что-либо противопоставить оголтелой псевдокультуре. К сожалению, и голос Церкви практически не слышен», - высказал мнение священник.
Игумен Мелетий (Соколов), преподаватель Московской духовной семинарии, полагает, что проблему детской преступности этот законопроект не решит. «И в двенадцать, и в четырнадцать лет – это ребенок со своей системой мотиваций, в полной мере не осознающий меру социальной ответственности. Надо сначала разобраться в причинах детской преступности. Конечно, ее всплеск обусловлен в том числе и негативным влиянием интернета и телевидения, и развалом системы образования. Но главная причина - плачевное нравственное состояние самого общества. Ведь подрастающее поколение - наиболее уязвимая его часть. И эта проблема не будет решена вне системы духовно-нравственных ценностей, в ситуации тотального вытеснения подлинных культурных ценностей пошлостью и развратом, при почти полном отсутствии духовно-нравственного воспитания», - сказал отец Мелетий.
Иеромонах Макарий (Маркиш), священнослужитель Свято-Алексеевской Иваново-Вознесенской Православной Духовной семинарии, отметил, что юридические меры – это средство обороны, но еще надо понимать, откуда наступает враг. «Те, кто возражает против принятия этого закона, глубоко ошибаются, поскольку возражают с точки зрения юридического нигилизма. У нас в стране считается, что любая законотворческая деятельность используется не во благо. И эти люди еще пытаются "протащить" в Россию ювенальную юстицию – зло, которое противостоит семье и духовному воспитанию», - продолжил священник.
«Да, вопрос о снижении возраста для наказания – трудный. Но по опыту других стран становится понятно, что юноша в 12 лет способен и должен понести ответственность за проступок. И закон позволяет обществу принять адекватные меры для вынесения наказания. Надо понимать, что юридическими мерами мы не решим разом проблему подростковой преступности. Причины роста этой преступности две: внешняя и внутренняя. Изнутри у нас идет деградация общества, утрата нравственных, религиозных и традиционных устоев, разрушение семейной структуры, и все это бьет по ребенку», - добавил он.
По его словам, извне мы можем наблюдать, что подобная проблема в зарубежных странах существует давно. В США резкий всплеск подростковой преступности был в 90-е годы, как и в Англии, где премьер-министр тех лет Джон Мэйджор с тяжким сарказмом так отозвался об очередном преступлении, совершенном детьми: «Нашему обществу надо быть чуть более осуждающим и чуть менее толерантным».
«Те меры, которые принимаются в западных странах, достаточно эффективны. И я сам не раз наблюдал это в США. Там очень развита система службы опеки. К примеру, если в семье произошел серьезный конфликт (отец напился, подрался и т.п.), то полиция первым делом забирает из семьи ребенка, который в тот же вечер попадает в патронажную семью, а не в детский дом. И пока родители выясняют отношения, ребенок находится в безопасности и в благоприятных условиях, то есть американский штат смотрит за тем, чтобы безумие и грех взрослых не сказывались на жизни детей. И это очень разумно», - заключил отец Макарий.
Иеродиакон Лаврентий (Полешкевич), кандидат богословия, зам. декана факультета церковного служения Российского православного университета, полагает, что появление данного законопроекта есть фактическое признание провала государственной политики по воспитанию и образованию подрастающего поколения в России.
«Светская система образования и воспитания не способна воспитать достойного гражданина государства. Необходимо кардинально менять вектор образовательной политики. Необходимо не только оградить ребенка от пагубных примеров, которые распространяют современные СМИ, но и показывать примеры правильного воспитания и развития подростка, чтобы он видел достойные ориентиры для подражания. Самих взрослых необходимо просвещать и учить азам правильного отношения к себе и ближним», - продолжил отец Лаврентий.
«Я согласен с теми, кто считает, что данный закон не уменьшит количество преступников. Позитивное изменение ситуации возможно только при условии создания оптимальных исправительных учреждений закрытого типа, с абсолютно новой программой и условиями проживания, с определенной мировоззренческой религиозной установкой, чтобы их выходцы оптимально были адаптированы к нормальной жизни в обществе, а не попадали в своем большинстве в колонии и тюрьмы, как это происходит сейчас. Позитивный опыт работы с трудными подростками может представить ряд епархий Русской Православной Церкви», - заключил иеродиакон.