Документальный фильм «Руки вверх». Конец легенды» ** (Видео)

Я вот не устаю удивляться упорству, с которым композитор Андрей Литягин препятствует попыткам бывших участниц группы «Мираж» петь хиты этого коллектива. Песням этим скоро тридцать лет - казалось бы, ну сколько можно судиться за использование бренда и композиций. Но Литягин неумолим - поэтому количество юридических новостей про «Мираж» в разы превышает число творческих известий.

Теперь у композитора Литягина обнаружились достойные последователи. Тяжбы между Андреем Черкасовым («ДЖЕМ») и Сергеем Жуковым («Руки вверх») длятся уже полтора десятилетия и, похоже, конца-края этому не видно. Стороны регулярно рапортуют о судебных заседаниях, причём в их пресс-релизах приводятся совершенно противоположные данные о том, кто победил. В последнее время поток юридических вестей как-то снизился, но вместо этого издательство «ДЖЕМ» выпустило про «Руки вверх» «фильм-расследование».

Для многочисленных поклонников проекта эта лента - шанс вспомнить молодость, послушать массу фрагментов ранних песен «Рук», увидеть Жукова стройным и юным, а также посмотреть некоторые редкие кадры, снятые за кулисами. Правда, от ностальгических воспоминаний то и дело отвлекают закадровый голос, строго обвиняющий участников «Рук» в неблагодарности, и речи Черкасова и первого продюсера группы Андрея Маликова. Последний вообще оказался главным героем фильма, поскольку ему принадлежит большинство монологов. Сергей Жуков от участия в ленте отказался (да и прокомментировал её в беседе с корреспондентом InterMedia весьма лаконично), зато авторы взяли небольшое интервью у Алексея Потехина. Слова Жукова в итоге представлены в виде цитат из другого докфильма про «Руки вверх», а речи Потехина смонтированы так, чтобы он выглядел то ли глупцом, то ли лжецом.

Фильм рассказывает о начале карьеры провинциальных пацанов, ставших одной из самых популярных группы страны, а также об их скандальном уходе от Андрея Маликова. В конце 90-х мне пришлось много писать про эту историю, и Маликов тогда во всех подробностях рассказывал о коварстве Жукова и Потехина. За это время многое забыл я - но не продюсер. В фильме Андрей Маликов восстанавливает события тех лет с такой скрупулёзностью, будто они случились вчера. И закадровый пафос, и высказывания Черкасова и Маликова сводятся к тому, что они сделали из парней суперпопулярный проект, а те ответили в стиле «куда артиста ни целуй». По мнению сценаристов, после ухода от продюсера «Руки вверх» резко потеряли интерес к музыке, и их известность пошла на спад.

Тут особо комментировать нечего. Просто пара ремарок: «Руки вверх» по-прежнему два раза в год собирает «Крокус», а Андрей Маликов при всех своих продюсерских талантах не сделал больше ни одной звёздной группы, хотя попытки были, и довольно амбициозные. Если в конце 90-х группа скандалила с «Джемом», зачем было Черкасову в нулевых подписывать с Жуковым новый контракт? Кончилось всё, естественно, новыми судами. Если верить фильму, то «легенда» группы «Руки вверх» кончилась еще в 90-е, но лейбл существенно позже вернул Жукова под своё крыло. Получается, лейблу то ли внезапно захотелось реанимировать капризную легенду, то ли попробовать заработать на ней немножко денег? Неувязочка какая-то. А если легенда кончилась больше 15 лет назад, зачем теперь рекламировать её посредством скандальных расследований?

Алексей Мажаев, InterMedia

Рецензия на книгу: Денис Ступников - «Юрий Хой и группа «Сектор Газа»

Оценка: 8 из 10.

Жизнь и творчество лидера группы «Сектор Газа» Юрия «Хоя» Клинских вызывали сильные эмоции у публики. Условно провинциальная аудитория его боготворила и знала все песни наизусть, условно столичная - презирала, считала «колхозом» и пошлостью. Золотую середину никто не искал: если «низкое» искусство так нравится народу, значит, народ, по мнению интеллигенции, этого и заслуживает, и бесполезно его просвещать и окультуривать. Люди «с хорошим вкусом» отказывались признавать, что в простецких текстах Хоя часто проскальзывали точные и остроумные образы, и с ужасом смотрели на молодёжь, искренне и истово подпевающим какой-нибудь «Я взял вину на себя». А лейбл Gala Records выпускал «простонародные» альбомы «Сектора Газа» огромными тиражами и радовался неизменно высокому спросу при достаточно скромных собственных вложениях в раскрутку.

Потом Хой внезапно умер в 35 лет, что не сильно изменило отношение к нему. Сакраментальное «сегодня умрёшь - завтра скажут: поэт» оказалось неприменимо к Юрию Клинских, чей посмертный альбом получил жутковатое название «Восставший из ада». Те, кто считал Хоя гопником-маргиналом, сказали что-то вроде «ну а что вы хотели - наркотики», семья была опустошена и растеряна, лейбл спешил переиздать старьё и сформировать «бест»-сборники, а второстепенные участники разных составов «Сектора» попытались тоже урвать свой кусочек славы, но безуспешно: без лидера и автора ничего не работало. Только через несколько лет после смерти Юрия стал формироваться посмертный культ - теперь уже с перебором в сторону «народности» и «непризнанной гениальности». Вышла эмоциональная биографическая книга авторства Владимира Тихомирова, после прочтения которой до многих «наконец допёрло, кого они все потеряли». С другой стороны, появлялись документальные фильмы, где бывшие музыканты «СГ» делились своими обидами на Хоя, а львиная доля хронометража была посвящена любовнице, наркотикам и обстоятельствам смерти.

Таким образом Клинских всё-таки стал легендой и посмертной звездой со всеми «положенными» атрибутами. Не хватало только официально изданной биографии - но теперь есть и она. Книга Дениса Ступникова намеренно лишена какой-либо экзальтации и вообще избегает эмоциональных оценок (они есть разве что в цитатах друзей Хоя). Так про «Сектор Газа», пожалуй, ещё не писали, и это очень любопытный взгляд на предмет. Так, автор, описывая в строгом хронологическом порядке жизнь своего героя, подробно анализирует содержание каждого из его альбомов. Довольно непривычно видеть музыковедческий и текстуальный разбор знакомых песен, не содержащий выкриков «пошлость!» или «офигенно!». Это одна из редких попыток спокойно разобраться и объяснить, что музыка «Сектора Газа» выдержала испытание временем, так как была построена далеко не только на эпатаже. Смерти Юрия Клинских посвящена всего одна глава, тоже довольно сдержанная, так что любителям скандальных подробностей эту книгу рекомендовать сложно. Много внимания уделено проектам памяти Хоя - переизданиям, трибьют-альбомам, трибьют-группам, использованию песен в кино, концертам памяти, готовящемуся концерту с голограммой солиста… Этот ход поначалу кажется спорным - типа, всё уже кончилось, какая разница, кто там что перепел? Однако постепенно читатель понимает, что вся эта посмертная история очень важна: это попытка (лучше поздно, чем никогда) восстановить справедливость и вернуть здравое отношение к такому уникальному для нашей сцены явлению, как Юрий Хой и «Сектор Газа».