А затем взяли городскую кассу. Как в 1917 году большевики захватили власть в Барнауле

Шайкой безумцев , проходимцев и предателей , опричниками Троцкого — как только не называли большевиков их противники 100 лет назад. Многим тогда казалось: долго им не продержаться. Однако захватив командные высоты в Петрограде 25 октября , они методично приводили к власти на местах своих и устраняли чужих. На Алтае это случилось 6 декабря , или 19-го по новому стилю. Как развивались события тех дней?

Забастовка: пятница , 8 декабря

8 декабря на второй полосе «Жизни Алтая» крупным шрифтом напечатали объявление о всеобщей забастовке. Повод — захват власти большевиками.

«Сегодня в знак протеста против насильственного захвата местным советом рабочих и солдатских депутатов власти в городе и губернии объявляется ОДНОДНЕВНАЯ ЗАБАСТОВКА всех правительственных учреждений и общественных организаций».

100 лет спустя этот протест выглядит , наверное , беспомощным. Большевики вламываются с вооруженными солдатами — а у служащих все аргументы — пресс-папье да забастовка. Разве это сопротивление?

Захват милиции: среда , 6 декабря

А дело было так. 6 декабря Барнаульский совет рабочих и солдатских депутатов объявляет: вся власть переходит к нему. В ночь с 6 на 7-е группа вооруженных людей заявилась в городскую милицию — и сразу начала разговор о прибавке к жалованию.

Естественно , милиция — на их стороне. Часть начальников тут же смещают и назначают новых — лояльных.

Действуют они от имени военно-революционного комитета во главе с 31-летним большевиком и председателем исполкома совдепа Матвеем Цаплиным. Человеком , сыгравшим в этой драме одну из главных ролей.

Захват командных высот: вторник , 7 декабря.

На следующее утро группа захватчиков уже в губернском комиссариате — правительстве недавно созданной Алтайской губернии. Комиссар Александр Окороков ( алтайский Керенский) отстранен. Служащим велено сдать по описи дела.

Другой отряд в тот же день врывается в городскую Думу. Дума — это главная власть в городе. В тот же день захвачена телефонная станция. До фронта от нас — тысячи верст. Тем не менее , 8-го в Барнауле и окрестностях вводят военное положение.

«В случаях активного сопротивления , открытого противодействия или явных угроз по отношению к военно-революционному комитету допускаются аресты без ордеров».

1917-й: это было двоевластие

Чтобы понять , как законно избранная власть не смогла отстоять страну , надо раскрутить эту историю немного назад.

Как ни странно , быть может , это звучит , совет депутатов был структурой всего лишь общественной. Сегодня можно только удивиться: с какой стати общественная организация взяла на себя смелость свергнуть законно избранную городскую Думу и все прочие командные высоты?

Между тем , так сложилось , что Петросовет , по образу и подобию которого создали совет в Барнауле , был в стране , по сути , второй властью. Причем властью вооруженной — на ее стороне была часть солдатов , уставших от войны.

В Барнауле , правда , рычагов власти у совета поначалу не было. Да и люди , которые в нем заседали изначально , настроены были далеко не революционно , хотя ветер перемен привел в совет весьма пассионарную молодежь.

Исполком совета возглавлял сначала 31-летний большевик Иван Панкратов. А потом 32-летний меньшевик Владимир Шемелев — племянник основательницы частной гимназии в Барнауле Марии Будкевич. Шемелев был по тем временем , конечно , оппозиционером — но вполне конструктивным.

В Барнауле совет депутатов заседал в деревянном здании на ул. Ползунова , 48 , где раньше была чертежная горного округа.

Нужны были потрясения

Судите сами. В 1917-м году Шемелев избрался в гордуму и вошел в состав управы ( исполнительного органа гордумы). Более того , он стал , еще при Временном правительстве , губернским комиссаром труда и даже возглавил созданный осенью Комитет спасения революции.

Вообще же , парадокс в том , что социалисты в Барнауле уже были у руля — в гордуму в августе избрали 32 социал-демократа ( из 60 депутатов). Хочешь спасать Родину? Пожалуйста , спасай. Чем они и занимались.

Но , очевидно , петроградским большевикам требовались на местах другие кадры — те , кто не был склонен к сотрудничеству с властью и готов разрушить прежнюю жизнь до основания.

И вот осенью Шемелева на посту главы исполкома сменяет уже знакомый нам Матвей Цаплин. Он тоже , как и его предшественник , был избран в гордуму. Но обладал другими качествами — школу большевизма он прошел у Михаила Фрунзе.

Матвей Цаплин родился в крестьянской семье во Владимирской губернии. Мальчиком перебрался в город Шую , где было сильное революционное подполье и боевая организация. В 1905 году парторганизацию там возглавлял большевик Михаил Фрунзе , так что у Цаплина был хороший учитель. В Барнаул переехал в 1916 году , жил на ул. Гоголя , 79.

Обстановка на Алтае: безвластия нет

То , что затея большевиков удалась , часто объясняют так: власти в России не было ни у кого , они лишь подняли то , что «валялось под ногами». Верно ли это? В столице , видимо , да. Но в провинциях , судя по газетам , не совсем. Проблем было много. Но власть не бездействовала.

В июне Алтай стал самостоятельной губернией. Никакого местечкового сепаратизма: от Томской его отделили по решению Временного правительства. У губернии есть лидер — 37-летний Александр Окороков , инженер , кооператор , бизнесмен , директор дрожжевого завода. То есть вполне опытный «менеджер».

Пароходы ходят. Врачи работают. При школьном обществе функционирует детсад , плата — 50 рублей за полугодие. Семьям фронтовиков выдают пайки. Система раздачи продуктовых карточек налажена — в Барнауле их распределяют квартальные старосты.

В конце ноября восстанавливают сгоревшую в мае электростанцию купца Полякова , переданную городу. Ее готовят к запуску и через газету ищут начальника на жалование 3 тыс. целковых в год , а потребителей призывают подавать заявки.

Городским архитектором назначают Ивана Носовича , страстного поклонника движения городов-садов. Его жалование — 3,6 тыс. рублей в год плюс 0,5% от стоимости новых построек , которые возведены под его наблюдением и руководством.

В октябре гордума утвердила его проект строительства в Барнауле города-сада — чудесного места , где в коттеджах с цветниками живут счастливые рабочие… В общем , будущее явно просматривалось — надо было только прекратить мировую войну , от которой страна так устала.

В Томский университет в 1917 году был наплыв абитуриентов , особенно женщин. На медицинский факультет приняли 218 женщин и 132 мужчин , пишет «Жизнь Алтая» 25 августа 1917 года.

Война: как ее переживали на Алтае

В самом деле , разруха , вызванная войной и усиленная Временным правительством , как пожар , охватывала все больше сфер. Власти пытались гасить этот «пожар» в одном месте — он вспыхивал в другом.

Экономика военного времени устроена так: никто никуда ничего не везет добровольно. Вот острейшая проблема всей губернии: в августе ни за какие деньги не достать… шпагат. Из-за его отсутствия крестьяне не могут убирать хлеб , зерно осыпается.

Наконец , шпагат удается добыть «Алтайскому коопсоюзу». Но опять беда: в Косихинском районе кредитное товарищество отдало этот жуткий дефицит безземельным крестьянам. Те его продали и пьянствуют. Кое-как нашли нераспроданные остатки и отдали шпагат нуждающимся.

В Барнауле не хватает товаров даже по карточкам , кругом очереди. А по карточкам покупают хлеб , муку , сахар , нитки , ткани , валенки… Кстати , о валенках. Их качеством и обеспечением занимается в Барнауле , как ни странно , продовольственный комитет. На барнаульские пимы — твердые цены. Но , оказывается , спекулянты скупают валенки по этим ценам и продают втридорога. А купец Поляков , главный их производитель , остается ни с чем.

Бои идут где-то там , далеко. А в школах Алтая дети не знают , на чем писать. Ау , господа , где тетрадки? В селе Степной Кучук школьники выводят буквы на клочках курительной бумаги. Еще одна больная тема — бесчинства солдат на Алтайской железной дороге: они грабят поезда , которые везут продовольствие.

Деревня , видимо , плохо понимала , что происходит. Корреспондент «Жизни Алтая» рассказывает , как жители села Мало-Панюшевское ( позже оно вошло в состав Алейска) вырубили до последнего прутика единственную рощицу , защищавшую их от буранов — теперь же «слобода»! «Печально и больно до слез за темноту и невежество народа , уничтожившего красивый и полезный уголок природы», — пишет издание.

Началось насилие: 25 октября

К концу осени нервозность в обществе только возросла. На этой волне петроградские большевики 25 октября отстранили Временное правительство. «Вся власть на местах теперь переходит к советам», — заявили они.

Но в провинциях в первые недели после этого местные советы не решались повторить их подвиг. Возможно , потому , что широкой поддержки у них не было. Большинство газет описывает этих «общественников» в очень жестких , но вполне оправданных выражениях.

«В Царицыне , Ревеле и др. местах преступные банды озверелых большевиков , заняв почтово-телеграфные учреждения , учинили над служащими , требовавшими оставить учреждения и дать спокойно работать , наружное насилие вплоть до арестов и убийств».

Выборы в Учредительное собрание: провал большевиков

Многие тогда возлагали большие надежды на выборы Учредительного собрания — такого своего рода Съезда народных депутатов , который должен был назначить правительство и обозначить курс движения страны.

На Алтае выборы тоже прошли. Большевики , популярные в Барнауле , в Учредительное собрание не были избраны — алтайская деревня больше любила эсеров.

Наверное , тот факт , что они не пользуются поддержкой народа , тоже , что называется , усыпил бдительность властей. Вот характерное высказывание прессы тех лет.

Не для того свергали власть Николая II , чтобы заменить его деспотизмом ничтожной кучки фанатиков , провокаторов , бывших жандармов и германских агентов. Народ обязан заставить этих бунтарей уважать свою волю.

Ноябрь 1917-го: Цаплин начинает действовать

Причем Барнаул быстро реагирует на петроградские события. 27 октября в Народном доме ( сегодня это филармония) проходит экстренное заседание 13 организаций. В зале яблоку негде упасть , люди стоят в проходах.

Итог заседания — создание обновленного Губернского комитета общественного спасения революции , коалиции всех сил ( включая , кстати , большевиков). Этому комитету передают всю полноту власти в губернии , а возглавляет его инструктор союза кооперативов эсер Тимофей Миничев-Васильев.

При этом все ранее созданные структуры работают , как раньше , включая комиссариат губернии и его «шефа» Окорокова.

Цаплин тем временем тоже начинает действовать. Он издает приказ: распустить этот комитет и создать новый — без городского и земского управления и без эсеров. Комитет решительно отвергает этот приказ.

Тогда совет депутатов делает очередной ход и идет в массы со своей агитацией: проводит встречи то в одном , то в другом трудовом коллективе барнаульских предприятий. Большевики обещают мир , землю крестьянам , фабрики рабочим.

Первый месяц правления: разруха усилилась

За месяц правления петроградских большевиков положение в стране становится просто катастрофическим. «Железнодорожные узлы забиты неразгруженными вагонами», — констатирует «Жизнь Алтая». К городам не подвозят продовольствие , Петроград уже голодает , на фронте доедают последние сухари.

В Барнауле в конце ноября тоже несладко: почти из всех лавок исчезло мясо. Бийск бьет в колокола — нет хлеба! В Камне от рук отбился военный гарнизон: солдаты пьянствуют , нарушают тишину и спокойствие города , «натравливают одну часть населения на другую».

28 ноября в Алтайской губернии почти завершились выборы в Учредительное собрание. Ну , кажется , все , можно вздохнуть: конец анархии.

Тем временем барнаульские большевики вновь громко заявляют о себе: якобы они пошлют своих людей в госбанк. 30 ноября судьи , банкиры , кооператоры , служащие трубят сбор и решительно заявляют: не признавать и не выполнять решения петроградского Совета народных комиссаров , комиссаров гнать из учреждений.

Объявление о захвате: 3 декабря

3 декабря Цаплин выносит резолюцию о скором захвате власти в Барнауле. Никто его не остановил. Почему?

У городской управы была своя логика: власть и так «в руках социалистического общественного управления , избрана законно , на основе всеобщего , прямого , равного и тайного голосования». Она постановляет: «Признать захват власти одной частью демократии недопустимым и принять меры морального воздействия».

Очевидно , призывы к этике остановить этот каток уже не могли. 6 декабря Цаплин отзывает своих людей из Губернского комитета спасения , объявляет о его роспуске и переходе власти к Совету депутатов.

Сопротивление началось: декабрь , 1917-го

7 декабря , когда ключевые точки в Барнауле уже в руках большевиков , гордума постановляет: городским служащим не исполнять постановления военревкома , большевикам — убрать отовсюду своих людей. Гордума обещает горожанам , что будет работать , пока может. И она выполняет обещание , хотя в управе вскоре отключают телефоны.

8 декабря начинается сопротивление: в городе отказываются работать школы , органы власти , госбанк и все частные банки , почта , телеграф. Со своей стороны большевики 12 декабря собирают своих сторонников на митинги.

17 декабря их оппоненты , несмотря на буран , проводят манифестацию в поддержку Учредительного собрания. Большевики призывают в листовках ни в коем случае на нее не ходить. Но и манифестация , и митинг у Народного дома собирает 2 тыс. жителей.

Наконец , гордума идет ва-банк и заявляет милиции , подчинившейся Цаплину: теперь вы не городские служащие и зарплату мы вам платить не будем. Кстати , после этого большевики отзывают из милиции своего комиссара. Но все отступления сугубо временные. Вскоре «Голос Труда» обвиняет городскую Думу в сговоре с буржуазией.

Должен вас предупредить , что если вы не подчинитесь нам , то мы предадим вас суду народному , не квалифицированному , а потому весьма скорому и , быть может , жестокому.

Свободу слова душат экономически: 21 декабря

Между тем , цаплинский военревком , хоть и расставил , где мог , своих людей , подвергается атакам газетчиков. Уже 11−12 декабря большевики заявляются в типографию и рассыпают набор одного из номеров «Жизни Алтая» — журналисты якобы необъективно описали судебный процесс. Но следующие номера пока выходят.

Тогда оппозиционные газеты начинают душить экономически: им запрещают принимать объявления под угрозой конфискации имущества и тюремного срока ( три года). Все объявления отныне надо нести в Барнаульской совдеп , а печатать платные объявления может только их партийный орган — «Голос труда». И «Жизнь Алтая» объявляет о закрытии.

Мы умолкаем , читатель , умолкаем невольно , на очень малый срок. Умолкнуть нас заставило подчинение клоунскому декрету барнаульского «военно-революционного комитета от 19 декабря. Не страх трехлетнего заключения нами двигает — нежелание подвергать хулиганскому нашествию и разгрому типографию.

Со своей стороны «Голос труда» утверждает , что закрытие буржуазных газет , которые «не выпускают из рук объявлений , не подчиняются декрету , лгут , клевещут , вопят , проклинают», — это вовсе не попрание свободы слова.

Глава губернии Александр Окороков был влиятельным человеком в 1917 году. Его отстранили от власти , но военревком , видимо , хотел вообще его изолировать. Он потребовал от Окорокова передать ему средства , собранные на помощь погорельцам. Тот отказался. Тогда Окорокова объявили арестованным. В ответ комиссар заявил , что расскажет всем погорельцам , за что его арестовали. Военревком временно отступает. В дальнейшем Окороков был арестован на две недели , а после освобождения уехал.

Городская Дума распущена: февраль 1918-го

Городская дума работала в Барнауле еще несколько месяцев — до начала февраля 1918 года — даты , когда военревком захватил городскую кассу. В этот день гордума сняла с себя ответственность за жизнь в городе.

К тому времени большевики уже разогнали Учредительное собрание , которое они во всех газетах обещали сохранить. А в Барнауле уже передали в госсобственность все частные дома ( кроме маленьких) и начали национализацию местной промышленности.

Примерно в это же время «Жизнь Алтая», ненадолго возобновившая работу , напишет: «Октябрьский переворот нанес тяжкий удар частной промышленности и торговле».

Репетиция закончилась: декабрь 1919 года

Через полгода после захвата власти большевики в Барнауле были свергнуты. Похоже , мало кто мог предположить , что эти полгода были лишь репетицией перед началом новой эпохи. В декабре 1919-го они вернулись — и вот тогда уже всерьез и надолго.

А Матвея Цаплина казнят в сентябре 1918 года. Много лет спустя ему и многим других борцам за большевистскую революцию поставят памятники в Барнауле. Тем , кто по-другому видел развитие Родины и боролся за свои идеи , памятников пока нет. Может , время еще не наступило?

Не доверием , а единственно подкупом да силой и угрозой штыка делалось шесть месяцев большевистское правительство и достигло того , что его все возненавидели.

При подготовке использованы газеты «Жизнь Алтая» и «Голос труда», а также ряд открытых Интернет-ресурсов.