Владивосток: «Серая лошадь» еще не отбросила копыта (ФОТО)

«Серая лошадь» - знаменитый комплекс из двух зданий на улице Алеутская. Верхний дом, 17-ый был построен в 1938 году, под руководством архитектора А. Порецкова, а дом № 19 через год построил архитектор Н. Бигачёв.Краеведы говорят, название появилось не сразу. Откуда же оно взялось? Корреспондент VL.ru Наталья Фирцикова в рубрике «Назад в будущее» расспросила об этом и жителей этих домов и просто людей, каждый день проезжающих и проходящих мимо «Серой лошади». Но самый убедительный рассказ прозвучал из уст приморского писателя Владимира Щербака.

Ух, сколько версий услышала. а где же истина? Многие слышали о мифическом то ли Семёныче, то ли Петровиче - «водителе кобылы», который частенько наведывался в рюмочную, расположенную в одном из домов. Лошадка, неизменно ждавшая хозяина во дворе, якобы, и подсказала название дому. По другой легенде, на крыше дома № 17 когда-то стояла конная фигура — отсюда и название.

«Все это абсолютная чушь!» - говорит приморский писатель Владимир Щербак, который прожил в доме № 19 на Алеутской тридцать лет. Он-то знает историю происхождения этого, как он говорит, «никнейма».

- А как же было на самом деле?

- В правом торце 17-ого дома, - рассказывает В.Щербак, - размещается «Трактиръ», а в середине прошлого века здесь была просто столовая с подачей пива. Неподалёку, как и сегодня, находилась бухгалтерия Дальневосточного морского пароходства. И морякам столовая приглянулась — удобно и зарплату «обмыть», и просто пообщаться. Видимо, эта столовая напоминала им ту, что находилась в Кронштадте, возле знаменитых «Красной горки» и «Серой лошади». Вот прозвище «Серая лошадь» и прилипло сначала к «железнодорожному» дому (№17), а потом и к «милицейскому» (№19).

- А остальные легенды откуда берут своё начало?

- Ну народ ведь как придумывает – один сказал, другой добавил, третьему послышалась. Никто толком не знает, а объект любопытный.

- Может быть, хоть какая-то подоплёка есть у этих историй?

- Думаю, могло произойти наслоение. Есть другая история, к этим домам отношения не имеющая. Я одно время хотел написать рассказ «Последняя лошадь Владивостока». Это - о живой лошади, о которой тоже ходили легенды. Я ее знал ещё с детства, в последнее время она возила продукты в ресторан «Челюскин» (теперь «Версаль»). Про эту лошадь и ее возчика ходили разные байки, возможно, это и дало толчок к возникновению версии о «Серой лошади». Надо сказать, что во дворе 17 – го и 19 – го домов лошадь, по определению, стоять не могла. В нашем 19-м доме жило всё милицейское начальство – от начальника милиции до начальника управления НКВД, КГБ, их замы, полковники, генералы. Ну с какой бы радости тут стояла лошадь? Да ещё и с повозкой… К нам приезжали машины – ЗИСы, ЗИМы, «Победы».

- Существует история про то, что дома раньше были розовыми, а потом их перекрасили в серый, и от этого «имя». Перекрашивали?

- Серая облицовка у зданий была изначально. Только лет пять назад 19-ый дом покрасили голубоватой краской. Впервые сделали такой косметический ремонт. А внутри дома ужасны. Там бегают огромные крысы. Я это знаю, потому что в Отделение Союза Писателей, расположенное в 19-ом доме, хожу уже много лет, со времён студенчества.

- Расскажите о фигурах, расположенных на крыше 17 – го дома.

- Будучи ещё мальчишкой, я видел проект нашего дома – на крыше тоже должны были быть фигуры. Почему их не установили, я не скажу, да и никто уже не скажет – может быть, торопились до сдачи дома. 17-ый дом делали раньше, поэтому не спешили, а 19-й — торопились к какому-то празднику. короче, обошлись без фигур. Те фигуры, что мы сегодня видим, представляют знаковые профессии эпохи социализма – красноармеец, лётчик, колхозница и шахтёр. Раньше ещё и «Девушка с веслом» была – стояла во дворе «железнодорожного» дома как Афина с копьём. А еще в подъезде дома № 19 стоят каменные гривастые львы.

- Что ещё примечательного в этих домах?

- Мусоропровод. Первый на всём Дальнем Востоке. Правда, плохо, что он был не в подъезде, как сейчас, а прямо в квартире, на кухне. И был он внутри ступенчатым, поэтому засорялся и появлялись крысы. Считалось, что это был высотный дом. Моя семья въехала в «милицейский» дом в 1948 году, лифтов ещё не было, но были пролёты для них. Потом появились и лифты – с решёточкой. Кажется, они и до сих пор там работают. А ещё там были огромные потолки и подоконники. Прожив больше четверти века в этом доме и переехав в «хрущёвку», я долго не мог привыкнуть к потолкам - почти в два раза ниже, чем там. Я пригибался – мне казалось, что потолок давит. А подоконники там в три раза шире. Когда меня, ещё мальчишкой, не пускали на улицу, я лежал на подоконнике.

- Квартиры там все одинаковые?

- Нет. Размер квартиры зависел от того, какой пост занимает человек. У меня отец был майор. Поскольку у него была семья и двое детей, он занимал две комнаты в трёхкомнатной квартире, а третья комната принадлежала холостяку. Большинство же жильцов занимали отдельную квартиру. Полковники, генералы занимали по несколько квартир.

- Значит, тут и жильцы были интересные?

- Дом специфический. Жильцы, в основном, чекистские и милицейское начальники. А вот в магазине подписных изданий, расположенном внизу, бывали очень и очень интересные и известные люди. Но они ведь не жили в нашем доме… Дома были ведомственными. Почему их и называли «железнодорожный» и «чекистский». В то время за ними ухаживали, а когда они стали городскими, начали разрушаться.

P. S. Дома, и вправду, рушатся прямо на глазах. На это сетуют буквально все, с кем пришлось беседовать о «Серой лошади». Фасад осыпается. Центральной канализации до сих пор нет, а выгребную яму не чистили много лет. Неужели скоро «Серая лошадь» «отбросит копыта»? Хочется думать, что нет, и те, кто по должности отвечает за состояние если не памятника архитектуры, то хотя бы жилого фонда, перестанут быть безучастными наблюдателями.