Анна Кошмал, украинская киноактриса: «Я бы хотела, чтоб «Сваты» снимались вечно!»

Украинской актрисе Анне Кошмал еще нет и 20, но она уже успела прославиться в кино, причем не только на родине. А помог ей в этом сериал «Сваты», который всей душой полюбили и украинские, и российские зрители. О том, последует ли продолжение, как оценили Женьку Ковалёву родители Ани и на что готова актриса ради хорошей роли, она рассказала в интервью нашему изданию.

– Аня, ты уже, наверное, догадываешься, каким будет мой первый вопрос. Будут ли снимать продолжение?

– Точно я вам ничего не скажу. Последний, седьмой, сезон режиссер Андрей Яковлев снимал особенно тщательно, планируя сделать его заключительным, а, следовательно, наиболее грандиозным и впечатляющим. Снимали его целый год, не жалея ни времени, ни сил, ни денег. Будет ли новый сезон. Давайте надеяться на это! (Улыбается.) Я бы с превеликим удовольствием снималась в сериале «Сваты» столько сезонов, сколько бы их задумывали режиссеры, – и в восьмом, и в девятом, и в десятом. Я бы хотела, чтоб это продолжалось вечно!

– В сериале вы представали перед нами, зрителями, настоящей семьей, о которой можно только мечтать. А в жизни поддерживаете какое-то общение с Федором Добронравовым, с Людмилой Артемьевой, Татьяной Кравченко?

– Мы переписываемся, поздравляем друг друга с днями рождениям и с другими праздниками. Но не более: у всех свои проекты, все люди занятые. И, слава Богу, что все в работе!

– Правда, что наиболее тесно на съемочной площадке ты общалась с Федором Добронравовым?

– Да, он стал для меня особенным человеком. Дело в том, что когда я начала сниматься в Москве, я была очень перепугана: ни друзей, ни родителей рядом. Мне на ту пору только-только исполнилось 16 лет. Меня привели на площадку и дали текст. А я еще вообще ничего не знала, не понимала, как должен в идеале выглядеть съемочный процесс, совершала ошибки. И только благодаря Федору Добронравову моя адаптация была безболезненной. Он меня очень многому научил, он замечательный человек, он душа всей съемочной группы! Я не могу себе представить, чтобы он злился или ругался – он всегда очень спокоен и живет в какой-то удивительной гармонии с людьми, со всем миром. Сегодня я иногда езжу к нему на спектакли.

– Добронравов такой же шутник в жизни, как его Иван Будько?

– Да. Порой даже складывается такое ощущение, что ему не больше 30. Он сам о себе говорит: «Я себя чувствую на 25 лет, а на всё остальное не обращайте внимания!»

– Давай вспомним, как ты попала в «Сваты»?

– Я занималась в центре творчества, куда и приехал кастинг-директор сериала для просмотра девочек на роль Жени. Во время просмотра осталось всего три кандидатуры, и я оказалась в их числе. Из этой тройки меня выбрал уже режиссер Андрей Яковлев. Я обрадовалась: такой шанс! Но съемочной группе пришлось очень долго уговаривать администрацию училища отпустить меня сниматься, ведь на первых курсах ученикам вообще не позволяют заниматься актерской деятельностью. На съемки я шла с целью учиться у моих коллег – известных актеров, перенимать у них всё самое лучшее. После съемок очень поменялись мои взгляды на разные вещи, я стала ответственнее.

– В сериале ты поначалу играла трудного подростка. А в реальной жизни ты была послушным ребенком или наоборот?

– Ой, я лет в 14 была не то, что трудным подростком, я была чудовищным ребенком. Я такое творила! Даже из дома убегала. И неформалкой была. Только сейчас начинаю понимать, как нелегко было всё это переносить моим родителям, особенно маме. Им надо памятник поставить за то, что они меня терпели.

– Родителям сыгранная тобою Женька Ковалёва понравилась?

– Родители просто в восторге! Приятно, когда они тобой гордятся и хвастаются всем: «Да, это моя дочь!» Мой папа каждую новую серию ждал с нетерпением. Он и раньше ни одной серии всех предыдущих сезонов «Сватов» не пропускал, когда там еще не было меня, а уж с моим приходом в съемочную группу тем более. Мне очень важно мнение родителей. Мама и папа – мои самые главные критики. Бывает, что даже если всем что-то нравится, мама все равно найдет какие-то нюансы, которые следует исправить, изменить. Иногда она переводила поведение моей героини на наши личные отношения, говорила: «Вот, ты мне иногда точно так же, таким же тоном отвечаешь!» А еще она верила всему, смотрела, как моя героиня ведет себя на экране, и говорила: «Ну, Аня, так же нельзя с людьми!» Приходилось ее успокаивать, напоминая, что это всего лишь кино.

– Сложно ли тебе в кадре играть любовь, целоваться? Ведь у тебя были такие сцены.

– Знаете, когда с актером есть контакт как с человеком, то легко. Когда мы чужие, то немного дискомфортно. Дело в профессиональном подходе к любой сцене.

– Аня, со звездной болезнью после «Сватов» не столкнулась?

– Вы знаете, я ее очень боялась. Очень уважаемые люди меня предупреждали о ее последствиях. Я для себя решила, что этого никогда не будет, и предупредила всех своих друзей, мол, если заметите, что я меняюсь не в лучшую сторону, обязательно поставьте на место! Мне кажется, что сегодня я достаточно равнодушна к славе.

– Тем не менее, популярность как-то изменила твою жизнь?

– Нет. В последнее время я много работаю и особо нигде не появляюсь. Но бывает, когда выберусь в какой-то крупный торговый центр или посидеть в кафе с подругой, подходят интеллигентные люди и тактично интересуются, не я ли снималась в сериале «Сваты». А потом начинают благодарить, говорить, что смотрели сериал всей семьей. Вот это мне приятно. Приятно, что многие помнят сюжеты серий, что смотрят повторно.

– Не появилось ли у тебя назойливых поклонников?

– Появились. Как-то один из них дождался меня у консерватории, где я занимаюсь вокалом, с огромной плюшевой морковкой. Подобные выходки со стороны людей я считаю проявлением невоспитанности, дерзости. Мне было ужасно неудобно перед педагогом, очень строгим человеком, на глазах которого произошла встреча с этим сумасбродом. И ведь я, глупая, взяла эту морковку, а потом услышала от педагога такое…

– А с чего вдруг тебе носят морковку?

– Просто у меня с 13 лет такое прозвище – «морковка». Почему, сама уже не помню. По крайней мере, к овощу этому отношусь абсолютно нейтрально.