10 смертельных инноваций Первой мировой войны
К 1914 году Западная Европа отвыкла от больших войн. Последний грандиозный конфликт — Франко-Прусская война — состоялся почти за полвека до первых залпов Первой мировой. Но та война 1870 года прямо или косвенно привела к окончательному оформлению двух крупных государств — Германской империи и Королевства Италия. Эти новые игроки чувствовали себя как никогда сильными, но обделенными в мире, где Британия правила морями, обширными колониями владела Франция, серьезное влияние на европейские дела имела огромная Российская империя. Большая бойня за передел мира зрела долго, и когда она все-таки началась, политики и военные еще не поняли, что войны, в которых офицеры гарцуют на конях в ярких мундирах, а исход конфликта решается в больших, но скоротечных сражениях профессиональных армий (типа больших битв в наполеоновских войнах), ушли в прошлое. Пришла эпоха траншей и дотов, полевой формы маскирующего цвета и многомесячных позиционных «боданий», когда солдаты гибли десятками тысяч, а линия фронта почти не двигалась ни в ту, ни в другую сторону.
Вторая мировая война, конечно, тоже была связана с большим прогрессом в военно-технической области — чего стоит только появившееся в ту пору ракетное и ядерное оружие. Но по количеству всевозможных инноваций Первая мировая вряд ли уступает Второй, если не превосходит ее. В этой статье мы упомянем десять из них, хотя список можно было бы расширить. Скажем, формально военная авиация и боевые подводные лодки появились еще до войны, но раскрыли свой потенциал именно в сражениях Первой мировой. В этот период воздушные и подводные боевые корабли обзавелись многими важными усовершенствованиями.
Самолет оказался весьма перспективной платформой для размещения оружия, вот только не сразу стало понятно, как именно его там размещать. В первых воздушных боях пилоты стреляли друг в друга из револьверов. Пулеметы пытались подвешивать к самолету снизу на ремнях или ставить над кабиной, но все это создавало проблемы с прицеливанием. Хорошо бы разместить пулемет точно перед кабиной пилота, но как стрелять через пропеллер? Эту инженерную задачу решил еще в 1913 году швейцарец Франц Шнайдер, однако по-настоящему рабочую систему синхронизации стрельбы, где пулемет был механически связан с валом двигателя, разработал голландский авиаконструктор Энтони Фоккер. В мае 1915-го германские самолеты, пулеметы которых стреляли через винт, вступили в бой, а вскоре новшество переняли и военно-воздушные силы стран Антанты.
В это непросто поверить, но ко времени Первой мировой относится и первый опыт создания беспилотного летательного аппарата, ставшего предком одновременно БПЛА и крылатых ракет. Два американских изобретателя — Элмер Сперри и Питер Хьюитт — разрабатывали в 1916—1917 годах беспилотный биплан, задача которого была доставить к цели заряд взрывчатки. Ни о какой электронике тогда никто не слышал, и направление аппарат должен был выдерживать с помощью гироскопов и альтиметра на основе барометра. В 1918 году дошло дело и до первого полета, но точность оружия настолько «оставляла желать», что военные отказались от новинки.
Расцвет подводных операций заставил инженерную мысль активно работать над созданием средств обнаружения и уничтожения спрятавшихся в морских глубинах боевых кораблей. Примитивные гидрофоны — микрофоны для прослушивания подводных шумов — существовали еще в XIX столетии: они представляли собой мембрану и резонатор в виде колоколообразной трубы. Работы над прослушиванием моря активизировались после столкновения «Титаника» с айсбергом — именно тогда возникла идея активной звуковой гидролокации. И наконец, уже в годы Первой мировой благодаря работам французского инженера и в будущем общественного деятеля Поля Ланжевена, а также русского инженера Константина Чиловского был создан гидролокатор, основанный на ультразвуке и пьезоэлектрическом эффекте — этот прибор мог не только определять расстояние до объекта, но и указывать направление на него. Первая немецкая подлодка была обнаружена с помощью гидролокатора и уничтожена в апреле 1916 года.
Борьба с немецкими субмаринами привела к появлению и такого оружия, как глубинные бомбы. Идея зародилась в стенах Королевской военно-морской торпедной и минной школы (Британия) в 1913 году. Главной задачей было создать бомбу, которая взрывалась бы только на заданной глубине и не могла повредить надводным кораблям и судам.
Что бы ни происходило на море и в воздухе, главные битвы велись на земле. Возросшая огневая мощь артиллерии и особенно распространение пулеметов быстро отбили охоту воевать на открытых пространствах. Теперь противники соревновались в умении вырыть как можно больше рядов траншей и глубже закопаться в землю, которая надежнее уберегала от шквального артиллерийского огня, чем форты и крепости — те, что были в моде в предыдущую эпоху. Разумеется, земляные укрепления существовали с древних времен, но только в ходе Первой мировой возникли гигантские по протяженности сплошные линии фронта, тщательно раскопанные по обе стороны. Линии траншей немцы дополняли отдельными бетонированными огневыми точками — наследниками крепостных фортов, получившими впоследствии название дотов. Этот опыт был не очень удачен — более мощные доты, способные выдерживать удары тяжелой артиллерии, появились уже в межвоенный период. Но тут можно вспомнить, что гигантские многоуровневые бетонные укрепления линии Мажино не спасли французов в 1940-м от удара танковых клиньев вермахта. Военная мысль ушла дальше. Закапывание в землю привело к позиционному кризису, когда оборона с обеих сторон стала настолько качественной, что пробить ее оказывалось дьявольски трудной задачей. Классический пример — Верденская мясорубка, в которой многочисленные обоюдные наступления всякий раз захлебывались в море огня, оставляя на поле боя тысячи трупов, не давая решающего перевеса ни одной из сторон.